Прямиком из моей головы.

Ode imitée de plusieurs psaumes J'ai révélé mon coeur au Dieu de l'innocence ; Il a vu mes pleurs pénitents. Il guérit mes remords, il m'arme de constance ; Les malheureux sont ses enfants. Mes ennemis, riant, ont dit dans leur colère : " Qu'il meure et sa gloire avec lui ! " Mais à mon coeur calmé le Seigneur dit en père : " Leur haine sera ton appui. À tes plus chers amis ils ont prêté leur rage : Tout trompe ta simplicité ; Celui que tu nourris court vendre ton image Noire de sa méchanceté. Mais Dieu t'entend gémir, Dieu vers qui te ramène Un vrai remords né des douleurs ; Dieu qui pardonne enfin à la nature humaine D'être faible dans les malheurs. J'éveillerai pour toi la pitié, la justice De l'incorruptible avenir ; Eux-mêmes épureront, par leur long artifice, Ton honneur qu'ils pensent ternir. " Soyez béni, mon Dieu ! vous qui daignez me rendre L'innocence et son noble orgueil ; Vous qui, pour protéger le repos de ma cendre, Veillerez près de mon cercueil ! Au banquet de la vie, infortuné convive, J'apparus un jour, et je meurs. Je meurs ; et, sur ma tombe où lentement j'arrive, Nul ne viendra verser des pleurs. Salut, champs que j'aimais ! et vous, douce verdure ! Et vous, riant exil des bois ! Ciel, pavillon de l'homme, admirable nature, Salut pour la dernière fois ! Ah ! puissent voir longtemps votre beauté sacrée Tant d'amis sourds à mes adieux ! Qu'ils meurent pleins de jours ! que leur mort soit pleurée ! Qu'un ami leur ferme les yeux !

Один,в селенье отдалённом Жил бедный юноша больной, В свои печали погружённый, Согбенный болью и тоской. Просил он жителей селенья: «Настал священный час моленья, Уже колокола звенят. Прошу – молитесь за меня! Когда ж над тихою рекой При ясном небе тень сгустится - То знак – страдалец молодой Уж больше жизнью не томится… Тогда на берег вы придите, Беднягу плачем проводите И в церкви на исходе дня Вы помолитесь за меня! Пусть ненависть иль клевета Порочат тягостным наветом, Мой добрый нрав и чистота Достойным будут им ответом Как короток мой путь земной, Умру я раннею весной. Уже колокола звенят… Прошу – молитесь за меня!» Подругу милую зову! Её хотел любить я вечно, Но жизнь больного быстротечна И вот – последний день живу… Она вернётся к вам. Простите Её и к Богу обратите Молитву на исходе дня - И за неё и за меня… PRIE POUR MOI Dans la solitaire bourgade, Rêvant à ses maux tristement, Languissait un pauvre malade D'un long mal qui va consumant. Il disait : « Gens do la chaumière, Voici l'heure de la prière Et les tintements du Leffroi : Vous qui priez, priez pour moi. Mais quand vous verrez la cascade Se couvrir de sombres rameaux, Vous direz ; « Le jeune malade Est délivré de tous ses maux » Lors revenez snr cette rive Chanter la complainte naïve ; Et quand tintera le beffroi, Vous qui priez, priez pour moi. Quand à la haine, à l'imposture, J'opposais mes mœurs et le temps, D'une vie honorable et pure Le terme approche, je l'attends. Il fut court, mon pèlerinage ! Je meurs au printemps de mon Аge, Mais du sort je subis la loi : Vous qui priez, priez pour moi. Ma compagne, ma seule amie, Digne objet d'un constant amour! Je t'avais consacré ma vie, Hélas I et je ne vis qu'un jour. Plaignez-la, gens de la chaumière, Lorsqu'à l'heure de la prière Elle viendra, sous le beffroi. Vous dire aussi : "Priez pour moi" 1816

ПАДЕНИЕ ЛИСТЬЕВ Желтел печально злак полей, Брега взрывал источник мутный, И голосистый соловей Умолкнул в роще бесприютной. На преждевременный конец Суровым роком обреченный, Прощался так младой певец С дубравой, сердцу драгоценной: «Судьба исполнилась моя, Прости, убежище драгое! О прорицанье роковое, Твой страшный голос помню я: „Готовься, юноша несчастный! Во мраке осени ненастной Глубокий мрак тебе грозит; Уж он зияет из Эрева, Последний лист падёт со древа, Твой час последний прозвучит!“ И вяну я: лучи дневные Вседневно тягче для очей; Вы улетели, сны златые, Минутной юности моей! Покину всё, что сердцу мило. Уж мглою небо обложило, Уж поздних ветров слышен свист! Что медлить? время наступило: Вались, вались, поблекший лист! Судьбе противиться бессильный, Я жажду ночи гробовой, Вались, вались! мой холм могильный От грустной матери сокрой! Когда ж вечернею порою К нему пустынною тропою, Вдоль незабвенного ручья, Придёт поплакать надо мною Подруга нежная моя: Твой лёгкий шорох к чуткой сени, На берегах Стигийских вод, Моей обрадованной тени Да возвестит её приход!» Сбылось! Увы! судьбины гнева Покорством бедный не смягчил, Последний лист упал со древа, Последний час его пробил. Близ рощи той его могила! С кручиной тяжкою своей К ней часто матерь приходила… Не приходила дева к ней!