Йо братаны!
Я написала фанфик, просто фантворчество. И, в общем, хочу поделиться им тут.
Не воспринимайте слишком на личный счет и помните, что это просто история с выдуманными событиями и героями и все это чисто фантазия автора в попытке прокрастинировать...
___
Фуцкборенг
Не оглядывайся.
Козго. Коз — как «cause» и го — как «go», когда я еще плохо знала английский, думала, что легально будет переводить данную конструкцию как «причина двигаться». Окружающие никогда не понимали меня — в их картине мира все, что я делаю больше о попытке выглядеть лучше них. Это расстраивает, ведь я никогда не смотрю по сторонам, — не умею. Я просто иду, потому что только только так я гарантирую себе, что однажды выберусь из муторной ловушки своей головы.
Таким образом я встретила Фелдспара — не первую, но значимую точку своего пути. Мы оба рисуем Стэнман, редкий пейринг в нашем фендоме, отдаваясь ему всем своим существом. Но по-разному, да и мы — совершенно разные. Он — про открытость миру, я — про остраненность, граничащую с дереализацией.
Я люблю иногда сталкиваться с ним в парке, когда он рисует или отвечает на сообщения, которые часто ему приходят, будто он — единственная опора в жизнях подписчиков. Он обычно рассказывает что-то увлеченно, а я молча наблюдаю, будто меня здесь даже нет, но его это, кажется, совершенно не тревожит.
Кажется, он обычно даже не знает, здесь ли я все еще, поскольку я сижу у него за спиной и не издаю ни звука, так что, с уверенностью могу сказать, что он не знает, как я смотрю на него — с травмированным замиранием сердца, ядовитым и новым для меня чувством, которое так хочется прогнать, потому что это странно. Странно испытывать что-то, только потому что я придумала для себя образ, основываясь просто на этих, пусть и долгих, но односторонних встречах.
«Он тебе нравится» — вынес вердикт Boredoodles с игривым выражением лица и до того, как я успела опротестовать, добавил сосредоточенно: «Примерно так бы сказал Кенни в каком-нибудь из фанфиков, как типично».
Наверное, Boredoodles говорил даже не со мной, размышляя вслух, а может решил быстро оправдаться, почувствовав, что сказал настолько бестактную вещь. Я не виню его, но виню его за то, что теперь все время думаю об этом, как о судном дне.
Ведь все же не будет так же гладко, как у Аниес и Алькориона? Эти двое выглядят безумно влюбленными, как будто сошли со страниц газеты в статье про благополучие и гармонию в отношениях, хотя и Аниес выглядит очень робким рядом с Алькорионом.
Я не знаю, у кого спросить совета, ведь все сразу поймут о ком речь, если я скажу «я битые часы смотрю на его рисунки, на то, как он улыбается плечами и хихикает, когда их создает», поэтому листаю чертовы пособия по романтике, которые нашла в библиотеке Азуро-куна среди горы порнохоррорной литературы. Азуро-кун проказник. Я помню как Softybutan с упреком спрашивал, почему он их не прячет, а Азуро-кун лишь нарочито безразлично пожимал плечами и уводил взгляд куда-то в сторону.
Неважно. Я вздыхаю и начинаю листать журнал в поиске информации, которая поможет мне, но нахожу только громкие статьи про способы пережить измену и расставание с любимым человеком... Эй, это не то что мне нужно, обращаюсь я к автору статьи, когда дохожу до его имени... Кестал, ага, спасибо, но это пока не мой этап.
Я вздыхаю и звоню Грейному, он-то всегда может дать совет, которым сам никогда не воспользуется. И он не берет трубку, а он ее никогда не берет, а лично говорить с ним сложно — он не моет руки, когда ест чипсы и все время всех ими трогает. А он никогда их не моет.
Я не понимаю, что мне делать, наворачиваю круги по кварталам, может, мне подвернется какая-то идея? Как говорят шаолиньские монахи: весь мир — один большой референс.
Думай, думай, думай, Козго, у тебя были более отстойные ситуации, когда заказчики налету меняли условия, а ты уже закончила весь рисунок, когда ты случайно удалила 30 анимированных секунд, на которые у тебя ушли две недели, а потом ты подобно Трею Паркерю и Мэтту Стоуну открыла второе дыхание и не спала ночь, чтобы наверстать весь свой прогресс по работе.
А это так, всего лишь подростковая неурядица, с которой не сталкивается только тот, кто выиграл эту жизнь в автомате с мягкими игрушками.
Жесть.
Писец.
Агония.
Я заворачиваю за угол и знаю, что встречу Boloragu на лестнице антикварного магазина, где она сидит и оценивающе смотрит под ноги проходящих мимо людей, словно они говорят больше, чем выражения лиц, словно лица вообще состоят из фальши, а ноги — говорят о многом. Кейт улыбается, когда смотрит на мои джинсовые кеды, но это выглядит почти едко.
«Привет, Кейт», наконец, начинаю разговор я и она поднимает лицо и вдумчиво вглядывается «У вас тут как бы... Цветочно стало?»
Она знает, что я имею в виду букеты, которыми забит весь двор антикварного.
«Сегодня День святого Варфоломея»
«Это имеет отношение к цветам?»
Кейт усмехается в полном понимании, и это почти бесит. Похоже, она не собирается отвечать на мой вопрос. «Просто возьми один и иди. Не думай слишком много».
В каком-то автоматизме я натыкаюсь глазами на прайс, протягиваю купюру и забираю какой-то букет. Не то чтобы мне хотелось подчиниться, просто захотелось, чтобы эта длинная сцена закончилась и я могла вернуться к основному мотиву повествования.
Просто возьми.
Не думай много.
Не должно быть особой причины идти. Не должно быть «Cause go». Ты просто берешь и делаешь и возможно жалеешь, что сделал что-то не то. И это правильно.
Я хочу вдохнуть запах цветов, чтобы навсегда запомнить этот аромат, как аромат прозрения, однако... они оказываются искусственными — и я даже не знаю, мертвее ли они тех, что срезают для продажи с единственной целью — очертить им максимум неделю на существование. Мучительное и болезненное.
И это утешает — утешает не знать чего-то, не иметь утомляющего мнения обо всем и про все и не думать слишком много. Так сказала Boloragu.
Я иду в парк. Не оглядываюсь, не застреваю. В обнимку с букетом, со смехом на губах, смущением на лице — сегодня я расскажу о своих чувствах.
Вот он — активно жестикулирует в компании своих приятелей, которых я раньше не замечала, которые... В форме?
«Господа правоохранительные органы, я напуган вусмерть, тот человек преследует меня уже несколько месяцев, постоянно сидит где-то здесь и угрожающе дышит в спину, это заставляет меня нервно смеяться, я застываю в страхе и непонимании, что делать дальше. Сталкер, не иначе»
ЧЕ?!?!
«Ну, так и не надо в этот парк приходить тогда, это что так сложно»
«Вы не понимаете, уступлю один раз — буду уступать всю жизнь».
Как сказал бы Bomzun, произошла упс-ситуация.
«Вот же она!»
Я срываюсь с места, будто соревнуюсь в голове с Клайдом в беге и заворачиваю в переулок, где паникующе перелезаю через ограду — я слышу все, неспортивную одышку и кашель мужчин, возмущенные возгласы и шум ливня из тяжелых скорых шагов. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Дерьмо!
Я спрыгиваю и бегу дальше, будто от этого зависит вся моя дальнейшая жизнь. Не оглядывайся. Не думай о причине двигаться. Беги.
Пока тебя кто-нибудь не остановит.
Шиппер Стайла и шиппер Каймана сбивают с ног, просто появившись из ниоткуда.
Вероятно не стоило смеяться над ними в прошлую нашу встречу, когда они вроде просто мирно сидели и смотрели всякие эдиты и казались просто веселыми.
Может, поэтому я сейчас подвешена за спасательный жилет на флагштоке, а из трусов торчат уродские тканевые искусственные цветы, которые обычно приносят на кладбище.
Козго не понимает эти ваши ромкомы.
Козго. Cause go, блять. Reason to пойти нахуй.
