#chukovsky

Reference under the break

31 марта - 140 лет со дня рождения  Корнея Ивановича Чуковского (1882-1969),  русского советского поэта, публициста, литературного критика, переводчика и литературоведа, детского писателя, журналиста. 

1) Корней Чуковский — это псевдоним. Настоящее имя (по имеющимся документам) самого издаваемого в России детского писателя — Николай Васильевич Корнейчуков. Он родился в 1882 году в Одессе вне брака, был записан под фамилией матери и первую же статью в 1901 году напечатал под псевдонимом Корней Чуковский.

2) Корней Иванович, незаконорожденный сын прачки, «вырос» из мещанского сословия и стал известным писателем исключительно благодаря своему усердию, огромной работоспособности и любви к учебе: его официальное образование — неоконченная гимназия.  

3) Оксфордский почетный доктор литературы, Чуковский учил английский по самоучителю. Во время первой же его поездки в Англию в 1903-м оказалось, что ни он не понимает обращенной к нему устной речи, ни его не понимают. Проведя некоторое время в Лондоне, он начал говорить сам и воспринимать сказанное, однако до конца жизни сохранял сильный акцент.

4) Главной страстью Корнея Ивановича всю жизнь была литература. Он ее любил и изучал, он хлопотал за литераторов, помогал им, анализировал все, что писалось современниками, то есть служил литературе в самом высоком смысле этого слова. Приехав из Одессы в Москву, он именно этой своей страстностью, восторгом и преданностью делу расположил к себе московских литераторов того времени — Тэффи, Сологуба, Леонида Андреева.

5) Корней Иванович начинал как журналист и рецензент. В первые десятилетия ХХ века он был одним из самых влиятельных литературных критиков России и общался со многими писателями: Маяковским, А. Толстым, Куприным, Сергеевым-Ценским, Блоком, Замятиным, Сашей Черным, Мережковским и Гиппиус, Ходасевичем, Розановым, Гумилевым, Ахматовой, Горьким, Зощенко, Тыняновым, позднее — со Шварцем, Пастернаком, Кассилем, Катаевым, Пантелеевым, Маршаком. Одна из самых пронзительных его дневниковых записей — о смерти Блока, о которой он узнал в деревне под Порховом, где хлопотал об устройстве летнего дома для писателей: «Каждый дом, кривой, серый, говорил: “А Блока нету. И не надо Блока. Мне и без Блока отлично. Я и знать не хочу, что за Блок”. И чувствовалось, что все эти сволочные дома и в самом деле сожрали его, — т. е. не как фраза чувствовалась, а на самом деле сожрали: я увидел светлого, загорелого, прекрасного, а его давят домишки, где вши, клопы, огурцы, самогонка — и порховская самогонная скука. Когда я выехал в поле, я не плакал о Блоке, но просто — все вокруг плакало о нем. И даже не о нем, а обо мне. “Вот едет старик, мертвый, задушенный — без ничего”. Я думал о детях — и они показались мне скукой. Думал о литературе — и понял, что в литературе я ничто, фальшивый фигляр — не умеющий по-настоящему и слова сказать. Как будто с Блоком ушло какое-то очарование, какая-то подслащенная ложь — и все скелеты наружу».  

6) Корней Иванович пережил троих из четверых своих детей. Сын Николай умер за четыре года до смерти отца, Борис погиб на фронте, а младшая дочь Мурочка, героиня и адресат многих произведений отца для детей, умерла в 11 лет. В короткий период ее жизни, с 1921 по 1931 год, написаны почти все детские сказки Чуковского: «Тараканище», «Мойдодыр», «Чудо-дерево», «Муха-Цокотуха», «Бармалей», «Путаница», «Федорино горе», «Телефон», «Краденое солнце». В 1929 году, когда Мурочка была уже безнадежно больна костным туберкулезом, Чуковский написал книгу о чудесном докторе Айболите, который непременно прилетит и всех спасет. В 20-е годы детские поэмы Чуковского, притом что их обожали дети и их родители, преследовались и запрещались, с подачи Крупской велась целая кампания против «чуковщины» — легких и идеологически не нагруженных сказок, которые не ведут детей к классовой борьбе. Последняя болезнь Муры началась после того, как измученный борьбой за свои сказки Чуковский согласился написать покаянное письмо в «Литературную газету» с признанием своих ошибок, обещая написать идеологически безупречную книгу «Веселая колхозия». Болезнь и смерть Муры он воспринял как кару за свое отречение. Николай Корнеевич Чуковский, его старший сын, и Лидия Корнеевна, старшая дочь Корнея Ивановича, стали писателями и мемуаристами.

7) Корней Иванович всю жизнь помогал тем, кто просил у него помощи, пользуясь для этого своей известностью, обаянием и артистизмом. Он боролся за тех, кто был арестован, участвовал в судьбе осиротевших семей, выбивал пенсии, квартиры, места в больницах, посылал деньги, помогал пробиться талантливым молодым литераторам и напечататься тем, кто этого заслуживал. В голодном, холодном, тифозном Петрограде 1920 года Чуковский организовывал чтение лекций, затевал издание журнала, участвовал в создании издательства «Всемирная литература», хлопотал об организации «Дома искусств», где писатели могли бы жить коммуной, добывал пайки и деньги... Чуковский пытался спасти от травли Зощенко, впоследствии принимал участие в деле спасения осужденного Бродского, приглашал к себе в Переделкино опального Солженицына.  

8) Корней Иванович был не только одним из лучших детских писателей, но и блестящим лингвистом («От двух до пяти», «Высокое искусство», «Живой как жизнь»), наблюдательным литературным критиком, литературоведом и мемуаристом (статьи и доклады о почти всех современных ему писателях, о Чехове и Шевченко, литературные портреты в книге «Современники», «Мастерство Некрасова»), великолепным переводчиком (его переводы книг «Жизнь и удивительные приключения морехода Робинзона Крузо», «Занимательный Мюнхгаузен», «Приключения Тома Сойера», «Принц и нищий», «Короли и капуста», новелл о Шерлоке Холмсе, рассказов Уэллса, О. Генри, Уайльда, сказок Киплинга считаются классическими).

9) Корней Иванович был не только «добрым дедушкой Корнеем», как его часто представляют по сказкам. Он мог быть вспыльчивым, внезапным, язвительным, саркастичным, страстным и порывистым, мог кричать и топать ногами. Никто не знал заранее, как он отреагирует, как себя поведет, что сделает в следующую минуту. Даже в весьма почтенном возрасте «патриарх детской литературы» мог вдруг повести себя неожиданно, «несоответственно своему высокому статусу». Когда на одном из «костров», который Чуковский традиционно устраивал в Переделкине, Агния Барто спросила: «Ну что, дети, кто лучше всех знает “Мойдодыра”?», седой классик детской литературы во весь голос заорал: «Я!!!»

DVD Tales by Chukovsky Чуковский Russian language, subtitle EN-RU

Enjoy the wonderful good cartoons

Collection of cartoons based on the fairy tales of Korney Chukovsky: Busy Fly Peacock tail Aibolit and Barmaley Big cockroach Confusion Fedorino grief From 2 to 5 Moydodyr Stolen Sun The Telephone

In my line of work, I get to go through a lot of books every day. Most of them I load off in the local library: endless classical works; books found in every Soviet house that nobody ever read; obsolete novelists; war memoirs etc. But sometimes, sometimes there is a GEM. And this one here is by far the biggest I’ve ever found.

I almost tremble when I touch it! Albeit the poor condition, it’s still magic.

So, let me show you this awesome book of fairy tales by Kornei Chukovsky with illustrations by none other then Vladimir Konashevich. Published in 1935. It has seven full-color plates that even feel different to the touch (almost like they’re real paintings, not prints).

It’s a very rare edition and I should probably stop touching it, but it’s so lovely and amazing! Oh, also fun to find little bits of old grammar, like итти, танцовать.