hedonism

Гарри: Голубым не видно!

Гарри: …

Астория: Мистер Поттер, простите.

Астория: Солнышко, дядя не продается.

Скорпиус: Правда? А мы с папой всегда его покупали.

Гарри: …

Астория: …

Рита: *остановила самопишущее перо*

— Альбус, милый, если я сплю с твоим папой, мамой меня не надо называть.

— А как тебя тогда называть?

Малфой: Удивительно, но у меня уже нет хейтеров.

Рон: Понятно дело, все уже давно забыли.

Гарри: У меня есть.

Драко: Ага, это я.

Драко: Разумеется. Только возьми то, которое мне понравится.

Драко: И не «Козел»!

Панси: Вообще не вопрос.

Панси:

Гарри: Ты спрашиваешь, потому что моё мнение влияет или ты уже приняла решение?

Гермиона: …

Рон: Я всё-таки не понимаю, как ты мог защищать Малфоя на суде. Он же мудак редкостный. Каким был 10 лет назад таким по сей день остался!

Гарри, напряженно смотря на Драко: Назовем это твердым инвестированием в шаткое будущее.

Джинни, с отвращением: Ещё более непонятно, как ты мог выйти за него.

Драко, самодовольно: А это первые девиденты.

Джинни: Первые? А остальные какие?

Драко: Хах, тебе все наши приключения в постели рассказать или выберешь тему? Связывание, порка, температурные игры?

Гарри, сдерживая смех: Дорогой, ну прекрати. Дома продемонстрируешь свои фантазии.

Драко, отправляет Патронуса: Ты где, придурок?

Барти: Хоть убей, не понимаю, что ты нашел в этом Поттере. Хулиган бескультурный, и шутки у него дебильные, никакого шарма.

Регулус, мечтательно наблюдая из окна, как Джеймс носится по двору за Северусом: Не знаю, что тебе сказать. Его очки явно заколдованы. Первое время у меня стоял просто от того, что он в них.

[90-е]

Блейз: На кой тебе сдался этот Избранный придурок? Твоего утонченного юмора не понимает, самообладание отсутствует на инстинктивном уровне.

Тем временем Гарри не видел тщедушия, коим слабо умирала душа Малфоя, по громким заголовкам таблоидов, — проклятые журналисты любили полоскать скромную жизнь бывшего Пожирателя Смерти сильнее, чем яркую, пестреющую красками жизнь Спасителя Магической Британии. Но Гарри этому не завидовал, как не испытывал жалости к Малфою.

Он видел глубже, чем другие.

Гарри видел, что за малословным мрачным сарказмом скрывается не боль и усталость — Малфой перестал быть тщеславным клоуном.

Любимой частью в сутках для Гарри было утро, когда он видел Малфоя в секретариате автрората.

- Доброе утро, мистер Малфой! - говорил Гарри.

- Доброе? Это спорно, - отвечал он.

На следующий день:

- Доброе утро, мистер Малфой!

- Сегодня соглашусь, но лишь наполовину.

Или:

- Доброе утро, мистер Малфой!

- Не вижу причин так считать.

Или:

- Доброе утро, мистер Малфой!

- Только не для меня.

И его любимое:

- Доброе утро, мистер Малфой!

- Похоже, теперь ты у нас главный шутник?

Гарри просыпался ради этих встреч.

Гарри: Это Малфой тебе сказал?

Панси: Я всегда мила.

Драко: По-настоящему милой, а не сучкой с милой улыбкой.

Панси: Дорогой, так мило, что ты исправительные работы в качестве преподавателя в Хогвартсе называешь командировкой.

Драко: *закатил глаза*

Панси: Прости, дорогой.

Панси, игриво: Оу, и ты хочешь рассказать мне насколько горяч он был после разлуки?

Драко: Лучше.

Драко: Когда я вернулся домой, он заварил чай, достал пергамент с какими-то записями и сказал: «У меня столько новых сплетен, я боялся что-то забыть».

Драко, ухмыляясь: Когда я щелкну пальцами ты навсегда забудешь, что ты гей.

Драко: *щелкнул пальцами*

Гарри: Но я не был геем.

Драко, спокойно: Верно.

Гарри: Нет, подожди.

Драко: Всё верно.

Гарри: Нет, стоп. Нет, стоп!

Гарри: Я никогда не был геем!

Драко: Хорошо.

Гарри: Да нет же. Я не был геем!

Драко: Конечно.

Гарри: Ты не можешь просто… щелкнуть своими пальцами и утверждать, что я типа был… я никогда не был геем!

Гарри: Я мотивировал его развиваться.

Гермиона: А то, как он с тобой дрался? Уму не постижимо! Наследник чистокровного рода и машет кулаками, как последний маггл!

Гарри: Он был очень хорош в познании вражеской культуры.

Гермиона: Он переспал с тобой и бросил тебя! Он буквально уехал в другую страну, только чтобы тебя не видеть!

Гарри: Его чувства были так сильны, что он не доверял себе, полагаясь лишь на расстояние.

Панси, наблюдающая за попытками Гермионы его вразумить: Знаете, мне кажется, что Драко его приворожил. Уму непостижимо, как сильно Поттер в него вляпался.

Гарри: Вероятно это так, ведь он прекрасный зельевар.

Панси, закатывая глаза: Если этот трус не вернется к тебе, то я не знаю, какой ещё идиот способен полюбить его настолько сильно и искренне.

Гарри, мечтательно: Не трус, а искусный стратег…