There Is Something Wrong With Na Jaemin / С На Джемином что-то не так — Глава 6
Необъяснимый, неутолимый голод.
Описание: Хэчан думает, что он некрофил, Джено на взводе, Джемин ведет себя еще более странно, чем обычно, и все они планируют небольшую вылазку, чтобы отвлечь Ренджуна… Что худшее может случиться? Да вообще абсолютно всё!
Предупреждения: эта глава содержит графичное насилие и жестокость, много крови, каннибализм, упоминания/намеки на изнасилование в прошлом, упоминания некрофилии, смерть главного персонажа.
В ту ночь, вернувшись из общаги Джемина, Джено почти не спал. Впрочем, нормального сна он не видел уже давно, но эта ночь по крайней мере дала ему время подумать и переварить все те мелочи, на которые он так упорно пытался закрывать глаза. Давящее чувство вины, которое он испытывал каждый раз, глядя на Джемина; тревога за Хэчана, который словно сквозь землю провалился. А теперь… теперь еще и Ренджун…
Джено был на взводе. Изъеденный паранойей, он чувствовал в себе достаточно злости и решимости, чтобы пойти и силой вытащить своего ушедшего в изоляцию друга на разговор. Найти Хэчана оказалось делом нехитрым: мест, где тот любил залипать в свободное время вдали от чужих глаз, было не так уж много.
Специальная зона для курения была крошечной — пятачок, запрятанный подальше от главного двора за парой лекционных корпусов. Разумеется, Хэчан оказался единственным, кто припёрся сюда в такую рань. Он весь подобрался и напрягся, едва заметив приближающуюся знакомую копну растрепанных розовых волос. Оттолкнувшись от кирпичной стены, на которую опирался, он опустил глаза в пол и сделал медленную, затяжную затяжку.
— Чувак, нам надо поговорить, — тон Джено был жестким и не терпящим возражений.
— Давай только по-быстрому… У меня скоро репетиция, — выдохнул Хэчан вместе с дымом, по-прежнему изучая землю и молясь, чтобы она прямо сейчас под ним разверзлась.
— Пиздёж, — процедил розововолосый парень.
Хэчан резко вскинул голову — он явно не ожидал, что его так быстро поймают на лжи.
— Я встретил твоего препода по музыке по дороге сюда. И мы поболтали, прикинь? Он сказал, что репетиции у вас только по вторникам и четвергам. Так что… — Джено сделал ещё шаг вперёд, буквально зажимая друга в угол.
Джено был выше и крупнее его чуть ли не вдвое, но Хэчан его не боялся. И всё же это не помешало брюнету сделать шаг назад, а потом ещё один. Им двигал не страх, а стыд. Выворачивающий наизнанку, тошнотворный стыд от того, что его раскрыли.
— Почему ты нас избегаешь? Ты… ты вообще в порядке? — на этот раз голос Джено прозвучал мягче.
Он сделал ещё один шаг к другу и медленно протянул руку, мягко коснувшись ладонью его плеча. Ладонь Джено казалась горячей на фоне ледяной кожи Хэчана. Но это не было то обжигающее, пугающее прикосновение, которое преследовало его в ночных кошмарах. От этого тепла веяло безопасностью. И Хэчан не выдержал.
Всё его тело разом обмякло, он уткнулся подбородком в плечо Джено, а свободной рукой крепко обхватил его:
— Прости… Я просто… я больше, блядь, не могу, — выдохнул он. Голос звучал надрывно и безжизненно. — Не могу притворяться, что всё нормально. Не могу смотреть на Джемина… Боже, каждый раз, когда я его вижу, перед глазами встаёт его тело на переднем сиденье машины.
И он не лгал. По крайней мере, не совсем. Хэчан не стал вываливать на друга всё, что пожирало его изнутри. Он умолчал о том, какой ужас испытывает от собственных мыслей и видений, которые преследуют его. Именно поэтому он их избегал — боялся, что друзья увидят, насколько он сломлен.
Джено в ответ некрепко обнял его за плечи, едва заметно выводя пальцами узоры на его куртке. Он услышал, как Хэчан сделал глубокий вдох, а затем почувствовал, как прохладная струйка дыма коснулась его шеи и уха, оставляя после себя едкий, горьковатый запах.
Джено вздохнул, сжимая парня в объятиях чуть крепче:
— Тебе… тебе не за что извиняться. Я всё понимаю… Каково это — смотреть на него и пытаться притвориться, будто ты во всех красках не помнишь, как выглядит его тело, когда сердце перестает биться…
Его пальцы крепче впились в ткань куртки Хэчана. Тяжело выдохнув, Джено отстранился, слегка расцепляя хватку брюнета.
— Но… вообще-то я пришёл сюда не ради разговоров о Джемине. И даже не из-за того, что ты нас избегаешь… Ну, по крайней мере, это не главная причина.
Хэчан поднял на него полные слёз глаза, ожидая продолжения. И Джено, чтобы хоть как-то совладать с собственными нервами, аккуратно перехватил Хэчана за запястья.
— Ты, эм… ты слышал новости… насчёт Ченлэ?
Глаза брюнета испуганно округлились — он уже подсознательно готовился к худшему, да и как тут не готовиться.
— Что случилось?
— На него напали вчера вечером, и он… — Джено замолчал, уставившись в землю: у него просто язык не поворачивался произнести это вслух.
У Хэчана внутри всё оборвалось. Сердце ушло в пятки, из пальцев выпала сигарета, а из глаз покатились горячие слёзы.
— Блядь… нет… нет-нет-нет, только не он, этого не может быть, — его голос сорвался, обнажая всю ту бурю эмоций, которую он больше не мог сдерживать. — Ренджун в порядке?! — панически вскрикнул он, подаваясь вперёд и заставляя Джено посмотреть ему в глаза.
— Нет… совсем не в порядке. Он уже прислал мне сообщение, что сегодня на пары не придёт… Впрочем, я его не виню, — Джено выпустил запястья Хэчана и крепко переплел свои пальцы с его ладонями. — Но… мы с Джемином хотели кое-что устроить для него. И нам нужна твоя помощь. Чтобы, ну… помочь ему немного прийти в себя и отвлечься от этого кошмара.
— Да… да, конечно! Даже если бы я был занят, я бы всё бросил ради этого в ту же секунду, — и оба понимали, что Хэчан ни разу не преувеличивает.
— Мы постараемся всё сообразить уже к сегодняшнему дню… Мне нужно отсидеть всего пару утренних пар, я буду на связи, — вспомнив про занятия, Джено мельком глянул на часы на запястье.
Он ещё раз окинул Хэчана внимательным взглядом, после чего крепко прижал к себе.
— Пиши мне сразу, если что-то понадобится, ладно?
Дождавшись ответного кивка, Джено развернулся и зашагал в сторону учебных корпусов.
Стоит ли говорить, что на лекциях он ни черта не слушал, постоянно проверяя телефон и мысленно подгоняя каждую минуту.
Как только последняя пара закончилась, Джено пулей вылетел из аудитории самым первым. Он практически бежал по коридорам на улицу, на ходу вытаскивая мобильник, чтобы набрать Хэчану и Джемину. Он забил им стрелку в студенческой зоне отдыха. Джено примчался туда первым, что, в общем-то, было предсказуемо. Теперь ему оставалось только сидеть и ждать — правда, терпения у него уже совсем не хватало.
Джено даже не заметил, что один из них уже пришёл, пока диван рядом с ним заметно не прогнулся. Он резко повернул голову и увидел Хэчана. Тот сидел натянутый как струна, готовый сорваться в любую секунду, и уже вовсю смотрел на него.
Хэчан лишь пожал плечами:
— У меня определенно паранойя… Может, я и правда потихоньку еду кукухой, но следствие пока продолжается, — он издал сухой смешок, явно пережевывая внутри очередную порцию тяжелых мыслей.
Джено обеспокоенно нахмурился, вглядываясь в лицо друга:
— Хэчан… — он старался говорить как можно мягче, несмотря на подступающую к сердцу тревогу.
— Я просто… я сегодня весь день только и думаю… о Джемине, — Хэчан вздохнул и отвел взгляд, уставившись на свои джинсы. — Я избегал вас всех только потому… потому что физически не могу находиться с ним рядом. Меня аж передёргивает, стоит ему подойти. Он какой-то не такой, неправильный с тех самых пор, как… вернулся. Ну сам посуди: вчера утром он лежал чуть ли не при смерти, а потом — бац! — и внезапно исцелился? И сколько раз это уже повторялось? Меня это пугает до чертиков. Такое ощущение, будто его собственное тело пытается напомнить ему, что он вообще-то должен быть трупом, а до него, блядь, никак не дойдет.
Джено не перебивал. Он давал Хэчану выговориться и наконец облегчить душу.
— Он ходячий мертвец, его не должно быть в живых… И мне так противно от самого себя, потому что… — Хэчан на секунду замолчал, его взгляд испуганно метнулся по сторонам, словно он только сейчас вспомнил, что вокруг могут быть чужие уши. Он снова резко повернулся к Джено и заговорил гораздо тише: — Я… я должен тебе кое в чем признаться. Я натворил глупостей, и я не хочу, чтобы ты…
Но не успел он даже начать, как его слова оборвал голос Джемина, окликнувшего их с приторно-сладкой интонацией:
— Привет, парни! Сорри, я немного опоздал. У меня появилась идеальная идея, так что я не хотел терять ни минуты.
Он поднял вверх пикниковую корзину, демонстрируя её сидящим на диване ребятам, и остановился прямо перед ними.
— Пикник? — переспросил Джено.
Он кожей чувствовал, как Хэчан рядом с ним буквально вжался в диван, лишь бы не привлекать к себе внимания подошедшего друга.
— Ага! Честно говоря, я подумал, что обычный обед с друзьями где-нибудь на свежем воздухе и в тишине пойдёт ему на пользу, — мягко улыбнулся Джемин, явно довольный своей задумкой.
— Да где мы его устроим? Не особо хочется тащить его на люди в таком состоянии, сам понимаешь.
Джемина вопросы Джено ничуть не смутили, а с его лица не сходила ласковая улыбка:
— Вообще-то я об этом уже позаботился. Помните тот старый парк, где в прошлом году праздновали Хэллоуин?
Хэчан почувствовал на себе пристальный взгляд Джемина — тот буквально прожигал его глазами в ожидании ответа.
— Это тот самый, где чувак из команды по плаванию подхватил столбняк? — спросил розововолосый парень, уводя внимание Джемина на себя, к огромному облегчению Хэчана.
— Ну да... — протянул Джемин, и его голос стал чуть выше. — Но никто же из нас не собирается лезть на ту ржавую горку, верно?
Джено согласно хмыкнул и поднялся с дивана:
— Ладно, тогда надо всё подготовить.
Он потянул за собой Хэчана, который совершенно не горел желанием ни вставать, ни вообще что-либо делать прямо сейчас.
— Будет быстрее, если кто-то один заедет за Ренджуном, пока остальные двое займутся поляной, — предложил Джемин, переводя взгляд на Джено. — Мы с Хэчаном можем поехать в парк и всё разложить, если ты не против сесть за руль.
Это предложение заставило упомянутого парня мгновенно вклиниться в разговор и наконец подать голос:
— Вообще-то… тачка Джено, эм… не на ходу. Ремень вентилятора полетел или типа того, — Хэчан пожал плечами, изо всех сил стараясь выглядеть непринужденно, несмотря на очевидную панику внутри. — Так что… я сам могу сгонять за Ренджуном.
Джемин по-прежнему мягко улыбался — точно так же, как и на протяжении всего разговора. Но то, как он слегка наклонил голову, глядя на Хэчана, заставило последнего почувствовать себя не по себе, еще сильнее, чем прежде.
— Да? Ну… тогда мы можем поехать на моей машине, — Джемин перехватил Джено за запястье и потянул к выходу. — Погнали, нам нужно устроить всё в лучшем виде.
Когда Джено наконец опустился на пассажирское сиденье машины Джемина, у него по коже пробежал мороз. Разумеется, в последний раз он сидел здесь той самой ночью, когда Джемин на полной скорости влетел в дерево, так что его паника была более чем оправданна. Особенно когда перед глазами до сих пор стоял этот удушливый металлический запах крови, заполнивший всё вокруг, и то, как приборная панель вмялась в тело друга… Но ему определенно не стоило на этом зацикливаться, если он не хотел, чтобы его вывернуло прямо в салоне. Он изо всех сил старался унять мысли и не смотреть на каждое раскидистое дерево у обочины, пока они приближались к месту назначения.
— Не знал, что твоя тачка сломалась.
Голос Джемина, разрезавший тишину, прозвучал как пощёчина, но, по крайней мере, это отвлекло Джено от мрачных размышлений.
— Э-эм… ну да. Ага, ремень вентилятора порвался, — пробормотал он в ответ, мысленно благодаря небеса за то, что вообще вспомнил ложь, которую на ходу сочинил Хэчан. — Но я уже заказал новый. Завтра утром должны доставить, так что…
В машине снова воцарилось молчание. Джемин лишь тихонько хмыкнул и оторвал взгляд от дороги только тогда, когда автомобиль наконец плавно затормозил.
Джемин отстегнул ремень безопасности, дотянулся до заднего сиденья и, подхватив корзину для пикника, выскочил наружу. Джено потребовалось пара секунд, чтобы последовать за ним. Он медленно плелся сзади, пока они шли к центру небольшой поляны. Трава здесь слегка заросла, но всё ещё была достаточно короткой, чтобы на ней можно было с комфортом устроиться.
Джено молча наблюдал за тем, как Джемин опустил корзину на землю, открыл её и достал лежавший сверху плотный плед. Он ловко расстелил его на траве — прямо возле старой ржавой детской площадки, которая одним своим видом нарушала все правила техники безопасности. Джено уже сделал шаг вперёд, собираясь наконец помочь, как вдруг услышал вздох Джемина. Это был по-настоящему несчастный, надрывный звук, который заставил его замерять на месте.
— Я рад, что мы снова собираемся все вместе… пусть даже и при таких… паршивых обстоятельствах, — привычная мягкость исчезла из голоса Джемина, уступив место чему-то болезненно-оголённому. — Столько дерьма в последнее время стряслось, да?
Голос у него перехватило, будто он вот-вот готов был разрыдаться. Он всё ещё стоял спиной, поэтому Джено не мог разглядеть, плачет тот на самом деле или нет.
— Я скучаю по тому, как всё было раньше… какими мы все были, — Джемин на секунду замолчал, и в повисшей между ними тишине Джено отчётливо слышал каждый его прерывистый вдох. — Скажи… как думаешь, Хэчан меня ненавидит?
Он звучал настолько беззащитно и так непохоже на себя прежнего — уверенного и сильного, — что у Джено болезненно сжалось сердце.
— С чего ты взял, что он может тебя ненавидеть? — нерешительно спросил старший, делая медленный шаг к другу.
Тот теперь совершенно точно плакал: Джено видел, как его плечи вздрагивают от каждого тихого, удушаемого всхлипа.
— Потому что я… кажется, я всё разрушил, — Джемин развернулся, и его глаза были полны слёз. — Мы… мы переспали… Но мы оба были пьяны. Думаю, он жалеет об этом… может, даже ненавидит меня. Он ведь избегает меня с той самой ночи, а сегодня даже ни разу в мою сторону не посмотрел.
Джено тихо выдохнул и подошёл ещё ближе, изо всех сил стараясь скрыть шок, который от такой внезапной новости наверняка отразился на его лице.
— Он не… не ненавидит тебя. Он просто… в жутком стрессе из-за всего этого дерьма вокруг. Пары, концерт… — он с трудом подбирал нужные слова, чтобы утешить плачущего друга.
— Нет… он точно меня ненавидит… И я сам себя, кажется, тоже ненавижу, — жалобно разрыдался Джемин и уткнулся лбом в плечо Джено.
Тот сразу же крепко прижал его к себе.
— Всё стало каким-то диким после той тусовки… Всё и все кажутся другими… Я чувствую… чувствую себя каким-то неправильным, Джено, — он уже вовсю рыдал, пропитывая слезами ткань чужой футболки и с трудом выталкивая из себя слова. — Будто у меня в животе… дыра какая-то черная… Она так сильно ноет… и это чувство постоянно возвращается.
Джемин вцепился в Джено ещё крепче, а его голос сорвался на едва различимый шёпот:
— Как бы я ни старался, эта бездна требует ещё и ещё, и я не могу это контролировать… Что со мной не так? — Джемин слегка приподнял голову с плеча друга. — Прости, Джено…
Прежде чем Джено успел что-либо ответить, Джемин резко подался вперед. Джено почувствовал острую вспышку боли в плече и инстинктивно попытался отстраниться, но хватка Джемина была невероятно крепкой. Воздух застыл в легких, когда до Джено начало доходить, что его друг ведет себя как-то неестественно, почти по-звериному.
Джено чувствовал каждое движение зубов Джемина; из его груди вырывались удушливые крики и полные боли хрипы, пока тот терзал его кожу и мышцы. В уши врезалось влажное чавканье — друг плотоядно вгрызался в его плоть, и этот омерзительный звук невозможно было заглушить. Глубокий, утробный стон сорвался с окровавленных губ Джемина, завибрировав прямо в ране, отчего Джено показалось, будто в живое мясо заколачивают гвозди.
Джено отчаянно пытался высвободиться, ища любой способ прервать этот кошмар. Резким движением ему удалось оттолкнуть нападавшего, создав между ними небольшую дистанцию. Прижав руку к плечу, он почувствовал, как ладонь пропитывается теплом, а осознание предательства со стороны того, кого он считал другом, обжигало сильнее физической боли.
Джемин стоял напротив, и в его взгляде больше не было ничего знакомого. Темная фигура в свете тусклых ламп казалась воплощением первобытной угрозы. На его лице застыло странное выражение, в котором читалось пугающее спокойствие.
— Я действительно не хотел, чтобы все закончилось именно так, — произнес Джемин. Его голос был непривычно тихим, лишенным прежних эмоций, пока он медленно сокращал расстояние.
— Это безумие! — выдохнул Джено, отступая назад. Каждый шаг давался с трудом, тело отказывалось слушаться, а в голове пульсировала только одна мысль: нужно найти выход, пока не стало слишком поздно.
— Да говорю же тебе! Мне жаль, что это должен быть именно ты… что это должна была быть та бедняжка из библиотеки… или тот парень, Марк… или все те остальные студенты, — с каждым именем Джемин делал очередной шаг вперёд, словно хищник, играющий со своей добычей.
Когда Джемин подобрался ещё ближе, Джено попытался ударить его кулаком… попытался… но замахнулся мимо. Джемин легко увернулся, издав тихий, издевательский смешок.
— Ну и как же не упомянуть бедного младшего братишку Ренджуна… — он рассмеялся — мерзким, сухим смехом, от которого Джено захотелось стереть эту ухмылку с его лица.
Хотя Джено и сам уже сложил этот пазл в голове, услышать признание от друга всё равно было как получить под дых. Слышать, что это он убил всех тех людей.
— Так это всё время был ты… ты убивал их, — его голос прозвучал надрывно. Ему до последнего не хотелось в это верить, несмотря на всю их с Хэчаном паранойю.
Джемин без труда снова перехватил его. Он вонзил ногти в затылок Джено, а большим пальцем с силой надавил прямо в рану. Из плеча хлынула новая порция крови, а шею прошила острая вспышка белой обжигающей боли.
— Ну да… Я просто… — издевательские, самоуверенные слова Джемина оборвались на полуслове от внезапного глухого удара.
Острый камень со свистом прилетел ему точно в висок. Джемин тут же отпрянул от Джено и со стоном согнулся пополам, зажав руками сочащуюся кровью голову.
— Ты убил моего брата! Ничтожество! Я сам тебя прикончу! — крик Ренджуна разносится по небольшому полю, когда он пытается броситься на окровавленного юношу.
Но Хэчан удерживает его, крепко обхватив за талию. Его взгляд прикован к раненому Джено, который шатается и едва держится на ногах, опираясь на ржавую перекладину игрового комплекса. Рана отчетливо видна, даже когда Джено пытается прикрыть её рукой. Хэчан определенно хочет возмездия для Джемина, но если тот смог так поступить с Джено... он понимает, что должен защитить Ренджуна.
Джемин издает тихий смешок, находя какое-то мрачное удовольствие в происходящем хаосе.
— Если тебе станет легче, Ренджун... это должен был быть ты. Я и сам так думал, — он ухмыляется парню, который все еще пытается вырваться из рук Хэчана. — На нем был твой свитер, и со спины вы так похожи.
Издевательский тон заставляет Ренджуна снова закричать от боли и отчаяния.
— Ты сумасшедший! Что с тобой не так? Зачем тебе убивать его или кого-то еще! — на этот раз кричит уже Хэчан, прижимая к себе дрожащего от ярости друга.
— Не ревнуй! — огрызается Джемин, внимательно следя за каждым движением друзей. — Ты должен был быть первым... помнишь ту ночь, когда мы выпивали? — Его улыбка становится хищной. — Ты позволил мне проводить тебя и впустил в дом. Кто знал, что ты станешь таким доверчивым и беззащитным, стоит лишь добавить кое-что в твой напиток.
— Заткнись к чёрту! — огрызнулся Хэчан, которому уже самому до безумия хотелось подойти и съездить ему по челюсти.
— Я планировал, что всё закончится гораздо быстрее, — Джемин холодно усмехнулся, не сводя глаз с Хэчана. Его голос звучал пугающе спокойно, контрастируя с хаосом вокруг. — Но ты всегда был мастером создавать проблемы. Ты думал, что сможешь просто так уйти, оставив всё это позади? Какая наивность.
Тишина, воцарившаяся на поле, прерывалась лишь тяжелым дыханием парней. Джено лежал на траве, не двигаясь, и это зрелище парализовало волю остальных. Напряжение достигло предела.
— Ну же, — продолжал подначивать Джемин, — почему вы медлите? Вашему другу явно не помешала бы помощь. Или вы слишком напуганы, чтобы сделать хоть шаг?
Ренджун, не выдержав давления, резко вырвался из хватки Хэчана. Он действовал на одних инстинктах, бросившись к Джено, забыв о собственной безопасности. Но Джемин был начеку. В мгновение ока он преградил путь, перехватив Ренджуна с жесткой эффективностью. От резкого толчка Ренджун не удержался на ногах и упал на землю рядом с горкой.
Шатен тяжело вздохнул, и в этом вздохе послышалось явное облегчение. Он медленно перевёл взгляд на Хэчана:
— Так всё станет гораздо проще…
И, пожалуй, Джемин был прав, когда назвал Хэчана трусом. Прежде чем в голове успела оформиться хоть одна здравая мысль, Хэчан резко развернулся и припустил со всех ног обратно к своей машине. Но он успел добежать лишь до середины поляны — мощный толчок в спину опрокинул его на землю. На спину тут же навалился тяжелый груз, а чья-то рука бесцеремонно вцепилась в волосы, уткнув его лицом прямо в траву и грязь.
Он отчаянно забился под весом Джемина, но громкие рыдания лишь глухо вязли в сырой земле.
— В чём дело, малыш? ~ Я думал, тебе нравится эта позиция.
Хэчана захлестнули ярость и отчаяние. Ему хотелось закричать, но страх сковал горло.
Джемин удерживал его, не давая возможности подняться, и его хватка была крепкой. Грязь и слезы смешались на лице Хэчана, пока он пытался осознать происходящее.
— Спроси меня «почему», — голос Джемина прозвучал совсем тихо, пугающе спокойно рядом с самым ухом.
— Ч-что? — Хэчан с трудом выдавил из себя вопрос сквозь судорожные вздохи. Он был слишком напуган и сбит с толку, чтобы понять, к чему ведет этот разговор и что последует дальше в этом противостоянии на поле.
— Спроси. Меня. Почему! — Джемин выделил каждое слово, с силой встряхнув Хэчана за голову и еще крепче вцепившись пальцами в его растрепанные волосы. — Спроси, почему я убил тех людей!
Не дождавшись ответа, он рванул за волосы еще сильнее — так, что Хэчан почувствовал, как несколько прядей выдрались с корнем. Это заставило его вскрикнуть от боли:
— Блядь! Ладно, ладно! Почему?! Зачем ты убиваешь людей? Зачем ты пытаешься убить нас?!
Джемин тут же выпустил его волосы, отчего Хэчан с глухим стуком приложился лицом об траву. Вырванные пряди так и остались намотанными на пальцы Джемина.
— Ты когда-нибудь чувствовал такой невыносимый, мучительный голод? Когда ты не в силах контролировать эту черную дыру, разрастающуюся в желудке. Когда ты ничего не можешь с ней поделать, пока не дашь ей то, чего она хочет. Чего она так жаждет, — Джемин немного приподнялся, ровно настолько, чтобы бесцеремонно перевернуть Хэчана на спину, а затем снова придавил его своим весом к земле.
Он мертвой хваткой перехватил запястья Хэчана прежде, чем тот успел хотя бы попытаться дать отпор, и намертво прижал их к твердой почве.
— Это словно... какой-то голос... или, скорее, мое собственное подсознание... твердит мне, что всё это правильно. Что именно так я и должен поступать. Что я должен просто поддаться этому первобытному голоду внутри, который заставляет меня желать причинить вред тем, кто мне дорог.
Хэчан не мог отвести взгляда от того, что происходило прямо над ним. Джемин, всё еще испачканный кровью, выглядел почти безумным, изголодавшимся, а в его глазах пульсировало что-то пугающее и темное.
— Я так отчаянно пытался не трогать никого из вас! Правда, очень, очень старался, ты должен мне поверить! Я думал, что если выберу людей, которые связаны с вами, то этого будет достаточно! — его голос звучал надрывно и маниакально, он был на грани полного срыва.
— Та первая девушка… то, как она смотрела на Джено, было слишком очевидным. Потом еще несколько ребят, которые случайно оказались в ваших классах. Но этого было недостаточно! — Джемин убрал руки от запястий Хэчана и обхватил его лицо, наклоняясь так близко, что они дышали одним воздухом. — Я пошел на все это, потому что ты был так сильно привязан к Марку. Это было невыносимо… И когда я увидел тебя в том клубе, я понял, что не могу просто отпустить эту ситуацию.
Он склонился к плечу Хэчана. Сердце парня бешено колотилось; он был слишком напуган и сбит с толку, чтобы сопротивляться, лишь прерывисто дышал. Внимание Джемина, его пугающая близость и то, как он нарушал личное пространство, заставляли Хэчана вздрагивать от каждого движения. Это эмоциональное давление было едва выносимым.
Джемин отстранился и прижал ладонь к губам Хэчана, заставляя того замолчать. Он перехватил руки парня, пытавшиеся оттолкнуть его.
— После той ночи я не мог перестать думать о тебе… Мне нужно было объяснение, но ты просто ушел! Так что, если разобраться, во всем, что случилось с Ченлэ, есть и твоя вина, — проговорил он, пока Хэчан отчаянно качал головой, а из его глаз снова хлынули слезы.
— Да… это так. Если бы ты остался, все сложилось бы иначе, — его голос звучал вкрадчиво и легко, почти игриво. — А самое печальное, что под удар мог попасть Ренджун… Подумай об этом, Хэчан. Наш лучший друг пострадал бы только потому, что ты повел себя как трус и не смог встретиться со мной утром.
Джемин точно знал, на какие рычаги давить, методично подавляя волю парня и заставляя его чувствовать себя виноватым во всем происходящем.
— Он возненавидит тебя, когда узнает, что из-за тебя его брат попал в такую беду!
Силы окончательно покинули Хэчана, и он затих, лишь судорожно всхлипывая.
— М-м… кажется, этот момент будет очень запоминающимся.
Джемин зажимает рукой рот Хэчана, заглушая его всхлипы и стоны, и покрывает поцелуями его шею, размазывая кровь их друга по коже Хэчана. Джемин прижимается языком к ключице, а затем медленно ведет его вверх к подбородку, наслаждаясь вкусом крови и плоти.
Горячая влажная кожа резко контрастирует с холодом губ Джемина и липкой кровью на его шее. Он хочет, чтобы это чувство исчезло, но тут же жалеет о своем желании, как только оно исполняется. Потому что да, ощущение от того, как Джемин целует, облизывает и оставляет засосы на его шее, довольно неприятное, но еще хуже, когда его зубы впиваются в плечо.
Он покусывает нежную плоть Хэчана, слегка прикусывая и посасывая, словно пробуя на вкус. Его руки опускаются ниже, к воротнику рубашки, обнажая еще больше плоти для его слюнявого рта. От коротких вспышек боли в шее Хэчан плачет еще сильнее и умоляет парня, лежащего на нем, остановиться.
«Остановиться?» — недоверчиво спрашивает брюнет, запрокидывая голову и глядя на парня широко раскрытыми глазами. «Я не могу сейчас остановиться… Мне нужно поесть». А если не ты... — он замолкает, оглядываясь через плечо на двух своих друзей, которые все еще лежали без сознания на полу, — то это должны быть они. — Он снова смотрит на него. — Ты этого хочешь? Хм... Ты хочешь, чтобы я разорвал их на куски, чтобы спасти твою шкуру, да?
Джемин тихо цокает языком, словно искренне разочарован в мальчике, лежащем под ним. — Какой жадный, эгоистичный мальчишка, — протягивает он снисходительно и грубо.
Он начал шевелиться, словно собираясь подняться, и Хэчана захлестнула волна паники.
— Постой! Нет… нет, нет, нет, не надо… не трогай их! — взмолился Хэчан, разрыдавшись еще сильнее от одной только мысли о том, что его друзья могут пострадать.
— Тогда ты будешь просто лежать и позволишь мне делать то, что я хочу? — медленно спросил Джемин, переходя на шепот. Он не двигался и больше не издевался, а просто ждал неизбежной покорности. И когда он получил желаемое — едва заметный кивок Хэчана и тихое, жалобное «да», — он наконец перестал сдерживать свой пугающий напор.
Когда Джено наконец пришел в себя, в голове у него все туманилось. На мгновение он даже забыл, где находится и что произошло. Но стоило ему пошевелиться, как резкая, пронзительная боль в плече тут же вернула его к реальности.
До его слуха донеслись громкие крики и рыдания, смешивающиеся с тихим, издевательским голосом Джемина:
— Тш-ш, не плачь, малыш… ты получаешь именно то, что заслужил.
Очередной отчаянный вскрик эхом разнесся по пустырю — этот полный боли и удушья звук заставил желудок Джено сжаться от ужаса.
Перед глазами у Джено всё еще немного плыло. Он с трудом поднялся, покачиваясь и пытаясь удержать равновесие. Ему не потребовалось много времени, чтобы заметить лежащего неподалеку Ренджуна, который до сих пор был без сознания, а по его лбу струилась тонкая струйка крови. Джено изо всех сил постарался сосредоточиться: он проверил пульс друга, пытаясь абстрагироваться от непрекращающихся криков и собственной боли. Как только он нащупал слабое биение, он сразу же двинулся вперед — его движения были нескоординированными и тяжелыми, но им двигала абсолютная решимость спасти друга.
Хэчан не может перестать кричать, даже если бы захотел, ведь Джемин сидит на нем верхом и вгрызается в его плоть зубами. Конечно, больно, когда плоть поддается острым зубам, и когда эти зубы впиваются в его кровоточащую плоть. Но больше всего больно, когда Джемин начинает отстраняться, не отрывая зубов от плоти и мышц. Он вот-вот потеряет сознание от потери крови и боли, но от резкой пощечины приходит в себя — ровно настолько, чтобы все почувствовать.
Хэчан издает леденящий кровь крик — на этот раз не от боли, а от внезапного приступа ужаса. От ощущения горячей крови, стекающей по его коже, которая ему не принадлежит, у него кружится голова. Широко раскрытыми стеклянными глазами он смотрит на парня, который уже бог знает сколько времени пожирает его заживо. Все зашло так далеко и обернулось таким кошмаром, что от выражения неподдельной боли на лице Джемина у него сжимается сердце.
Пропитанный кровью металлический стержень, торчащий из груди Джемина, резко и быстро проворачивается. Раздается отвратительный хлюпающий звук, заглушающий тяжелое дыхание Хэчана. Джемин падает вперед, все еще нависая над телом с улыбкой на лице, даже умирая. Туфля врезается в бок Джемина, с легкостью отбрасывая его ослабевшее тело от парня.
Хэчан все еще тяжело дышит и плачет, когда над ним склоняется новое лицо и медленно опускается на корточки рядом с его головой. «Джено… все болит», — скулит мальчик, его голос слаб и дрожит, ему трудно дышать.
«Я знаю… Но все будет хорошо, я обещаю, — пытается успокоить его Джено, изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, в каком состоянии его оставил Джемин. Но Хэчан понимает, что дело плохо. Ему не нужно смотреть вниз, чтобы понять, сколько плоти было оторвано от его тела, он чувствует жгучую боль и кровь, которая все еще сочится из ран. Раны слишком многочисленные, чтобы пытаться закрыть их все сразу.
Он даже не пытался пошевелиться. Не стал подниматься или делать вид, что все в порядке. Хэчан просто покачал головой, не желая спорить с Джено, — особенно теперь, когда почувствовал, что его дыхание начинает замедляться слишком быстро.
— С Ренджуном всё хорошо?
Джено кивнул. Он осторожно обхватил ладонями лицо Хэчана, боясь дотронуться до любого другого места.
— Да… он в порядке. Скорее всего, у него сотрясение, но он жив… Мы все трое живы. Так что давай, нужно отвезти тебя в больницу, пока в эти раны не попала грязь.
Ему удалось вызвать у Хэчана смешок, пусть тот и прозвучал скорее как прерывистый, слабый вздох.
Но стоило Джено подняться, собираясь отнести Хэчана к машине, как в глазах у него потемнело, словно он снова был на грани обморока. Он даже не успел побороться с этим чувством — мир вокруг резко перевернулся, но Джено распахнул глаза еще до того, как успел коснуться земли.
На него обрушилась волна оглушительного шума, заставив запаниковать от полной дезориентации. Несмотря на это, ему не потребовалось много времени, чтобы осознать, где именно он находится.
Он резко перевел взгляд туда, где, как он точно знал, должен был находиться Джемин. В этот раз Джено отыскал его глазами гораздо быстрее. Джемин с улыбкой принимал напиток из рук незнакомца и осушал бокал одним махом, ни о чем не задумываясь.
Может, он просто умер, и это его личный персональный ад… где он обречен снова и снова проживать ту самую ночь, когда погиб его друг и все пошло прахом… Но парень, который только что задел его плечом в толпе, ощущался слишком реальным.
Джено двинулся сквозь толпу потных, танцующих тел, даже не задумываясь. Его глаза застилали слезы, когда он наконец пробился к другу. Расталкивая пьяных студентов, он мертвой хваткой вцепился в запястье Джемина, заставляя того обернуться.
— Чувак… ты в порядке? — перекрикивая оглушительную музыку, крикнул Джемин и наклонился ближе, чтобы старший смог его услышать.
— Мы уходим. Прямо сейчас, — Джено не стал ждать ответа. Он просто потащил Джемина за собой через толпу, пробираясь к выходу на улицу.
— Да ладно тебе! — заворчал пьяный парень. — Еще ведь совсем рано, я даже напиться толком не успел.
От того, насколько пугающе знакомой была эта ситуация, у Джено перехватило дыхание — это походило на какое-то извращенное, жуткое дежавю.
Джено ничего не ответил. Он даже не пытался придумать какое-то оправдание для Джемина. Ему нужно было только одно — как можно скорее увезти их всех подальше от этого проклятого места. И Хэчана, и Ренджуна тоже.
Джено мгновенно заметил Ренджуна и Хэчана — всё это казалось до боли знакомым. Вот только Хэчан стоял на коленях, крепко прижимаясь к Ренджуну и сотрясаясь от рыданий. Он не заметил приближения парней, а вот Ренджун поднял взгляд, и в его глазах читалось явное желание прикончить Джемина. И Джено не мог его за это винить.
Джено внутренне напрягся, ожидая какой-то ссоры — словесной перепалки или даже драки. Но, к его удивлению, Ренджун просто отвернулся, пытаясь утешить всё еще дрожащего в его руках Хэчана.
— Господи, да сколько ты сегодня выпил? — мягко спросил Джемин, делая шаг ближе к парням, сидевшим на траве. От звука его голоса Хэчан резко вскинул голову; его широко распахнутые глаза всё еще были полны слез, но в следующий миг его согнуло пополам, и его бурно стошнило прямо на траву.
— Я заказываю такси, — бросил Джено остальным. Заметив, как Ренджун коротко кивнул ему, он снова уткнулся в экран телефона.
— Что? Нет, не вздумай, это… это глупая затея, — завлекаясь, выговорил Джемин и подошел ближе к Джено. — Я сам поведу.
— Ты, блин, никуда не поедешь за рулем, Джемин. Ты в хлам. Это паршивая идея, — огрызнулся Ренджун, медленно помогая Хэчану подняться на ноги.
— Да ладно тебе, у меня отличная переносимость. К тому же, если мы поедем на такси, мне завтра придется снова его вызывать, просто чтобы забрать тачку… Это же куча денег на ветер, — продолжал канючить Джемин. Но Джено в этот раз его проигнорировал, уже подтверждая заказ в приложении.
— Я сам подброшу тебя завтра, так что заткнись нахрен, — прошипел Джено, когда парень шагнул в его сторону.
— Ой, ладно… как хотите. Вы все какие-то взвинченные. Что-то случилось? — спросил Джемин, и в его голосе проскользнули нотки искреннего беспокойства, заставившие Джено обернуться и посмотреть на него.
— Да так, тяжелая ночь выдалась… Главное, чтобы мы все добрались до дома в безопасности, и всё будет нормально.
Похоже, ответ Джено удовлетворил Джемина, потому что он наконец отстал. Он просто отошел к обочине дороги и стал ждать, пока подъедет такси.
Джено уступил Джемину переднее пассажирское сиденье. У него просто не осталось сил спорить. Он привалился к автомобильной двери, пока Хэчан, сидевший посередине, уже вовсю прижимался к его боку. Пальцы Хэчана подрагивали, а сам он ощупывал свои руки, словно проверял, не осталось ли на теле фантомных ран. Джено притянул парня ближе, позволяя ему уткнуться головой себе в грудь. Не прошло и минуты, как Хэчан крепко уснул под размеренный стук сердца Джено.
Звук зазвонившего в тишине телефона привлек его внимание. Обернувшись, он увидел Ренджуна — тот держал мобильник у уха, а на его лице играла мягкая улыбка. Джено расслышал приглушенный, звонкий голос Ченлэ, приветствующий старшего брата, и это тоже заставило его улыбнуться… Ведь, возможно, теперь всё действительно будет хорошо. Ведь теперь Джемин не врежется в дерево по дороге домой из-за того, что был слишком увлечен перепалкой с Хэчаном и Ренджуном. Теперь они не оставят бездыханное тело своего лучшего друга на обочине дороги. И Джемин не вернется завтра к жизни. Не вернется каким-то… неправильным.
Вот только… дело было вовсе не в аварии.
Но откуда они могли об этом знать?
Бедный Джемин был обречен еще до того, как они вообще уехали с той вечеринки.
И чем бы ни был тот голод, что поселился внутри него… это нечто пойдет на всё, лишь бы сохранить ему жизнь.
