Капитан А

Девочка-тьма. Девочка-буря. Девочка-катакомбы.

У девочки взрыв. После девочки — взрыв.

Пальцы облачила в красный, душу — в грозовой. Сгущалось. Темень подступала медленно, ползущей змеёй взбиралась по оленьим, тощим ногам, сердце опутывало стальным, тугим, ледяным. Сердце билось рьяно. Сердце гнало кровь, будто не ощущало опасности, будто слепо и глухо, будто опасности нет, будто яд ему — глупость сущая. Сердце девочкино наивное. Сердце девочкино — обмануто. В грозу утянуто, заковано в ней. Девочка мечется, будто зверь — зверь раненый, напуганный, от того злой, от того вопящий яростно. Снаружи девочка — скала и неприступность, снаружи у зверя лоснится шерсть и лапы сложены смирно. Зверь знает место. Девочка наблюдает персиковые рассветы над треугольниками крыш, рассматривает парящие шторы, блики солнца на стенах, сбивает пальцы в кровь о клавиатуру ночами. Девочка верит, что зверь умолкнет. Утихнет.

Зверь напуган грозой. Зверь чует бурю.

Девочка обращается тьмой. Девочка не плачет. Девочка чувствует пустоту — за грозовым туманом больше ничего не разглядеть. На пальцы — побольше железа, чтобы в драке опаснее. Волосы — покороче, чтобы в драке удобнее. Злость, обиду, разочарование, усталость — на минимум, чтобы в драке разорвалось бомбой и разворотило всё вокруг.

Темень тягучей, злостной субстанцией растекается по телу. Затапливает — у девочки не остаётся спасательного круга. Девочка существует или нет? Девочка человек или звериный детёныш? Дыхание спёрто. Комната пасмурная, только огоньки — глаза иных зверей, глаза стаи, глаза боли. Девочке тошно. День. Ночь. Сутки за сутками. Она дышит? Темень вырывается наружу сквозь поры, как поднимается пыль с земли при атомном грибе. Ореол темноты, вакуума и отчаяния.

Девочка буря, и девочка нага.

Капля падает.

Много ли нужно?

Девочка-катакомбы.

Над ней мягкое одеяло, пустой взгляд в луну над многоэтажкой — прожектор, взор, знамение. Зверь истекает кровью и скулит. Ему больше не страшно. После бури не остаётся и этого. Зверь под девочкиными обломками погребён.

Над ней — мягкое одеяло, по правую руку — младшее, родное, сестринское, за окном — южная столица, под ней — десять этажей, и если падать — больно. Девочка — катакомбы, у которых нет завтрашнего дня, у которых разруха и мрак. Но прожектор в окне вопит — сердце надо выцарапывать.

И девочка встаёт.

Девочка облачается в кимоно, девочка приучается быть воином. Лекарь, друг — в них спасение?

Девочка ищет путь домой. Машет руками, разгоняя туманы. Печёт пироги. Верит в мир, людей и светлое. Девочка справляется. А иногда не справляется. Девочка мечтает однажды гладить тёплую, мягкую шерсть своего зверя. Залатать его раны. Чесать за ухом и шептать, что ему не от чего рычать и буйствовать, что теперь, здесь, внутри девочки, тихо и мирно. Девочка больше не война, девочка сложила оружие. Не с кем воевать. Правда-правда, зверь.

Над головой — ясно, счастливо и легко. Девочка улыбается. Девочка снова умеет радоваться, видеть смысл и мириться с данным. У девочки браслеты на ногах, как у племенной жительницы, они — её заземление, её якоря. Опора же — у неё внутри.

О голые ступни бьётся океан — солёный, неуёмный, верный. Её кожа в мурашках, над головой — петли белобокими чайками выплетены. Девочка смотрит жадно, вдыхает жадно. Каре тёмных вьющихся волос лижет шею, обласканное ветром. Она чайкам — улыбается. Она щебечет, она урчит, спиной чувствует ласковый взгляд синих глаз. Знает — обернувшись, всегда отыщет там его, даже если за спиной пусто. Он — это про что-то близкое и горячее, осязаемое даже на расстоянии.

Песок кусает ноги, а девочка — смеётся. С ним она всегда смеётся и много-много говорит. Мальчик — друг, настоящий, истинный, выбранный ей. Любовь на дружбе стоит. Мальчик подхватывает, несётся, целует неустанно — она ему друг не меньший.

20 ноября 2021

Я — маленькое (не)ходячее противоречие.

Я — это нежелание серьёзных отношений и чтобы кто-то держал за руку. Я — это безостановочно и свободно говорить по душам и молчать, уткнувшись в шею. Я — это тонкие аккуратные украшения и тяжёлые ботинки. Я — это трепетная, осторожная любовь к собственному телу и горькое желание его починить или с кем-нибудь обменяться. Я — это осознание собственной чудесности и страх быть не принятой. Я — это косточки, непроизвольно распахнутые губы и мечта, что когда-нибудь люди перестанут меня по ним судить. Я — это постоянное буйство эмоций и бурлящее нутро, которому хочется тишины и умиротворения. Я — это огонь, которому необходим ещё один огонь, но не обжигающий, а ласкающий и спокойный — не бензиновый, а на настоящих лесных дровах. Я — это вечная влюблённость и вечные стенания, когда всё усложняется. Я — это «хочу и побольше» и «пожалуйста, не надо, заберите». Я — это не выносить обидчивых и носить в себе склонность принимать всё близко к сердцу. Я — это отдавать горстями и неумение принимать в ответ. Я — это голод и насыщение. Я — это мания разобрать душу человека на составляющие, покопаться в самых глубинах, чтобы всё понять и исследовать, и осторожная оборона, когда препарировать начинают меня. Я — это нетерпение и выдержка. Я — это тяга просыпаться ранним утром и не спать всю ночь. Я — это ненавидеть ругаться криком и кричать, когда злюсь. Я — это любить одного и отдаваться другому. Я — это верить в силу Вселенной и плеваться от концепции судьбы и предначертаний. Я — это быть прозаиком до кончиков пальцев и не переносить писать сочинения и эссе. Я — это желание всегда быть правой и усталость от споров. Я — это страх и смелость. Я — это смелость и страх. Я — это внешняя хрупкость и упёртый характер. Я —

28 июня 2019

По полу кухни тянет холодом с улицы. Близится лето, но оно так 

Во мне сплошные волны. Штормы, штили, бури и волны, волны, волны. Как я ещё не захлебнулась. Или, может, я как раз в том мгновении, когда солёная вода стоит в горле, и ты уже не борешься, просто лежишь пластом, глаза открыты, и ты уже мёртв, но ещё как будто не осознал. Но ты утоплен. Теперь ты бóльшее море, чем когда-либо. 

В те мгновения, когда я почти мертва, во мне просыпаются всякие желания. Это как последняя, отчаянная попытка спастись, как рефлекторное одёргивание руки от огня. Обстричь волосы, быть в каре с мелким жемчугом вокруг шеи. Купить кожанку и прятать в ней свои косточки. Чёрную толстовку под рваные джинсы. Цветные очки. Объятия с мальчиком из прошлого. Лежать в тишине. Куча колец на пальцах. Смотреть старое кино и плакать. 

Как будто исполни всё это, оживёшь. Ну, что-то вдруг в тебе починится, станет лучше. Всё станет лучше. 

Меня накрыло волной и я снова всё это хочу. 

23 мая 2020

17 июля 2019

Болит, болит, болит. Я как хирург, пальпирую своё тело кусочек за кусочком в попытке обнаружить, где же всё-таки болит. Ощупываю со всей осторожностью и уважением — сначала, в конце концов зарываюсь по локоть и похожа скорее на мясоруба, чем на врача. Чёрт побери, от чего ты хвораешь? Ты, наивное, глупое дитя, от чего такого тебе страдать, от чего гибнуть? Иррациональное, маленькое дитя.

Гибнет.

Гибну, гибну, гибну. Я уже даже не спасатель. Кругов не бросаю. От спасателя там ничего не осталось. Может, болванчик. Что-то, что больше не способно к самостоятельным действиям. Отдаться течению — это легче, на это болванчики как раз и годны. Годны от того, что обессилели.

Обессилела.

Бессильна, слаба, безвольна. Как будто один глоток воздуха у поверхности и десять — захлёбываний солёной и морской. И когда почти добираюсь до дна и касаюсь его, илистого, что-то вдруг тянет наверх для вдоха, может сила какая, остаточная тяга лёгких к дыханию. И этот обнадёживающий, спасительный вдох растягивается и длится словно целую вечность, каждый раз заставляя поверить, что он не единственный, что наконец всплыла, ожила и ото дна оттолкнулась. А потом вновь накрывает с головой. А ты-то уже всё поставила на то, что спасена, уже рассмеялась этому чуду, уже поверила в собственное возвращение. 

Разочарована. 

17 июля 2019

Во мне так много всего, что я — океан, выходящий из берегов; я — лес, нарастающий на селения; я — пожар, сжирающий поля; я — человечишка, захлёбывающийся изнутри солёной водой, заколотый ветвями и сожжённый до липкого, больного, истончённого.

Я — тревога. Тревожусь так легко, как рябь на водной глади от малейшего ветерка. Где-то за моим плечом маячат панический атаки — лебеди на той глади. Чёрные, невероятные лебеди. Чёрные, пугающие лебеди. Едва я выгребу и вдохну, едва я сочту, что рябь стихла, становлюсь легка — легка, невесома, улыбчива. Но уровень чувствительности так высок, накопленного во мне так много, что раз дуновение, два, три порыв, и я — вся в ряби, я так просто и естественно поддаюсь тревоге, как будто я сама — тревога. Во мне никогда этого не было. Но скопилось — и подступает солёными океанами к горлу, захлёбывая. 

Я — влечение. Распахнулась, вызрела, зацвела, как сад покрывается цветом по весне. Я ощущаю горячее и пульсирующее и не стыжусь. Принимаю, как деревья принимают плоды — с 

Я — влюблённость.

Я — чувствительность.

Я — неуверенность.

Я — пустота. Я — 

Во мне так много всего, что я не справляюсь. Я не справляюсь с собой, с с о б о й — с чем тогда я вообще способна справиться? Я мечусь, рвусь и путаюсь. Во мне так много всего, что я не понимаю, во что бросаться — оглушена, дезориентирована, затоплена, поглощена. Я — так много, и я — не разобрать, что именно. Влюблённость, тревога, сострадание, неуверенность в себе, доброта, нетерпение, желание, злость, порывистость, тактильность, страсть, ласка, нервность, тишина и гром, молчание и крик, щека к плечу — нежно, и зубы в шею — яростно, заинтригованность, жажда, безразличие, верность, угасание, поражение, любовь, сила, порицание, слабость, неуёмность, метания, ревность, стихия, непонимание, принятие, хлёсткость, отторжение, горечь, вдохновение, апатия, бессилие, рвение, влюблённость, боль, миролюбивость, сожаление, родство, трепет, страх, любопытство, сомнения, гордость, неудовлетворённость, мечтания, решительность, обида, напористость, откровенность, боязливость, ранимость, прямота, тоска, распахнутость, осторожность, умиление, вдумчивость, похоть, невыносимость, страдание, сладость, противоречивость, стеснение, чувство справедливости, вредность, стыд, агония, выдержка, бессонница, скука, благодарность, увлечённость, постоянство, выгорание, неопределённость, усталость, любовь, переживание, наслаждение, вера, жадность до людей, борьба, лояльность, . 

01 июля 2019

Прости, я сдаюсь не тебе. Отдаюсь — н е  т е б е. Опускаю руки, закладываю кирпичом сердце. Прости, я заминирую сердце и нажимаю на кнопку.  

Прости, я 

01 июля 2019

Мне двадцать четыре, и я — юная, наивная, распахнутая — абсолютно, до каждого нервного окончания голодна. Мне недостаточно прикосновений, я жадно ловлю его взгляды, дрожу, когда пальцами вдоль по предплечью, мечтаю записать звук дыхания и переслушивать перед сном. Я согласна совсем не спать. Встретить утро. И снова не спать. Я согласна почти не есть, если не дашь скучать. 

Нас голодных — повсюду. Нас можно вычислить по взгляду и смеху, как особый вид животных в естественной среде обитания. Мы замираем, когда ладони касаются кожи — только бы ни спугнуть, пусть же гладят подольше. Мы сдаёмся быстро и почти отчаянно — словно годами не ели ни заботы, ни внимания, ни участия. Меню у каждой своё — голод всё тот же. 

28 июня 2019

Он — лавина, которой меня снесло. Я — соломинка, тонкая, гибкая травинка, которую обступило со всех сторон, обволокло и накрыло. Пушистые волосы лезут в рот, травинку сжимают крепко и туго, будто лавина голодна. 

Лет пять я чувствовала себя травинкой во льду — заточённой, спящей, зелёной ниточкой в прозрачном, блестящем кубике. Но её всё устраивало, довольная влюблённая травинка, не ищущая никаких лавин, лесных пожаров, наводнений и иных природных бедствий, способных оббить лёд и вызволить из плена. Травинка — безропотно и покорно упивающаяся любовью, простой, тёплой, светлой, чистой. 

28 июня 2019

28 июня 2019

05.06.2019

Я влюбилась в темноту. Тени на стенах, красноватый отблеск из окна — фонари на снегу крыш. Тёплые руки на коже. Дыхание.

Темнота каждый вздох оживляет, наделяет силой и наполняет током. Каждое слово — не просто слово. Каждое — слышишь, каждое чувством остаётся на коже, отпечатывается, въедается. Разрядом бьёт. В темноте слышно самое важное. 

Тебя...

Темнота обнажает. 

Я почти не вижу, но все другие чувства обостряются. Запах. Шорох. Касание ресниц. Сердцебиение. Шёпот. 

Шёпотом не говорят глупостей. Шёпот — про признания, про исповедь, про откровенность, про молитвы, про правду. 

Хочу.

Я как будто вся — одно большое чувство, один большой нерв. Один мощный сгусток обнажённой честности, щемящей боли, рвущей на части любви, дерущей так, что насквозь, так, что шёпот пробегает по коже током. 

Я тебя хочу.

Держать за руку. Долго смотреть в глаза. Слушать, как ты спишь. Злого, напуганного, уставшего. Лежать рядом маленьким клубком. Спорить до слёз. Взбудораженного, честного, весёлого. Заставлять улыбаться. Будоражить. Откровенничать. Растерянного, смелого, порывистого. Читать по глазам. Ловить улыбку. Прямолинейного, настойчивого, спонтанного. Утыкаться носом в плечо. Задумчивого, забывчивого, верного. Ласкового. Громко смеяться в унисон. Любить. Отдавать. Видеть искру в глазах. 

Шёпот.

Я хочу тебя всего. 

Падайте в темноту. 

В темноте не кричат, там не нужно. Ей не нужно. В темноте тает ложь, ей сложно врать. 

30.11.2018

Кровать поскрипывала, когда Рита с неё вставала. Холод по ступням — осень снова пришла, нужно достать тапочки. Как всегда по утрам, она постояла у окна, смотря на туман, обволакивающий район. До солнца ещё часа полтора. Рита бредёт в ванную, тихонько прикрывает за собой дверь и открывает горячую воду. Пару минут греет руки, закрыв глаза. Снова не выспалась. 

...

Она умерла вместе с ним.

21.09.2018

Пальцы в земле. После прошедшего позавчера дождя нижние ветви ешки прибило к почве и теперь на листьях налёт пыли. Когда мы горстями обрываем ягоды, пыль переползает на пальцы. Куст большой и широкий, раскинулся, будто он тут один. Бывают и люди такие. Мне в лицо бьёт резвый луч заходящего солнца, пробивается так упорно и настойчиво сквозь ветки дерева, что от него никак не спрячешься, поэтому я только щурюсь и поднимаю ветку ешки повыше. Ягод, кажется, сотни. Мы оборвали почти всё. Если замереть на время, 

   30.06.2018