Tamilnadu is cherished among locals for its hospitality and laid-back attitude. It does feel so when you find yourself in front of a big plate of rice and vegetables on the side in an almost stranger’s house. Food is extremely important part of Tamilnadu’s interpersonal relations. Strangers, neighbors, friends, relatives – first thing they all start a conversation with is a simple question “Saptingla?” which means “Have you eaten?”. It is a way to find out how the other person is doing. If the answer is yes, a Tamil would most likely wonder what exactly you had. If the answer is no, don’t be surprised by a disapproving look. Being a young woman and a foreigner I sometimes get to be treated as a child: taken by hand and led to a place with warm food (person’s house, restaurant, street stall, wherever). Both men and women insist on paying for the meal if they are the ones who invited you. Tamil culture as part of Indian culture considers a guest as a god, there is a well-known saying “Be one for whom the mother is god, be one for whom the father is god, be one for whom the teacher is god, be one for whom the guest is god”. A friend of mine thinks that this is the reason why India has been invaded so many times.

Special relations with food is in a way an indicator of Tamilnadu’s southern temperament, though food is extremely important matter in all India, the matter that distinguishes people and causes problems. In India you are what you eat, I mean socially. This notion inserted into the caste system which is officially has been abolished for a long time (at least in the sense of outlawing the discrimination based on birth) but in reality is still the main critical organizing and parting force of the Indian society. On the Hindu social scale Brahmins historically are vegetarians, the most pure, people below them could allow themselves to eat fish and chicken, pork is for someone even lower. Beef is a strong no, especially in Northen India, in Tamilnadu it is not a thing -- Tamils don’t really care about purity of food due to the fact that the majority of them come from lower castes. In Northen regions publicly (and privately if it becomes known) eating beef can and does cause violence. There have recently been a mass violence in Dadri when a muslim man was brutally killed for an alleged accusation of having beef. As I understand it, Hindu fundamentalists basically use the idea of sacristy of cows as an excuse for violent crimes against minorities, mostly Muslims. Tension between Hindus and Muslim still dominate Northen politics since cruel fights before and during the Partition of India and Pakistan in 1947 when millions of people were killed, chased out of their homes, women were raped. 

Tamilnadu is ethnically and linguistically distinctive region in South India. Tamil language is one of the oldest ones still spoken in the world. People identify themselves not by religion but by language and culture, these are also the grounds for them to relate to each other. It is Tamilnadu vs the rest of India, Tamils feel themselves closer to Sri Lancans, who are also Tamils culturally, than to their fellow Indian citizen. Hindus, Muslims, Christians, non-believers of Tamilnadu live shoulder to shoulder holding mostly no bad feelings against each other. On the street I stay there is a Muslim woman Astra from Uttar Pradesh who is happy to live in Tamilnadu safe and easy without stupid fights over religion. She says that here there are no problems for her and secure life for her children. Interesting thing, here there are quite a few Dalits who converted to Christianity as a way to escape the structured Hindu system. 

Faces of Tamilnadu, South India

Indian tribal communities, like Irular in Tamilnadu experience violation upon their human and citizenship rights the most in the country. Government promotes quite a few beneficial programs for historically disadvantaged castes and tribes but it doesn’t mean that the benefits actually reach the needy. Too often poor people miss out of all the privileges that the state promises them as a help to escape poverty, the reason is the corrupted bureaucratic system that makes it close to impossible for a “small person” to even prove his legal existence. When you are an unregistered person, the authorities don’t have to fulfil your demands, so they don’t.

Irular women in front of the Collector’s office in Kancheepuram

South Asian Village Empowerment supports Irular people’s struggle for basic identity documents and other required legal papers. On early Monday morning, September 28 we accompanied Jagatha, a leader of Irular Women’s Rights Movement and SAVE Intl’s coordinator in Thiruporur block along with 70 Irular mostly women with children to Kancheepuram, the district capital two hours away from Mamallapuram. The original idea was to make a peaceful agitation in front of the Collector’s office but we actually managed to make a point by submitting all the petitions collectively. Irular people are struggling for three main issues: Community certificates and Family cards, Land Registration deeds and Bonded Labor. All the 256 applications from 70 families were submitted together under a collective petition to oblige officials to pay proper attention to them and make it harder to disregard the petitions claiming that papers are lost or misplaced. There were also journalists invited to cover the event to put additional pressure -- publicity does appear to force people to do their jobs… sometimes.

On the way to Kancheepuram

Signing petitions

Irulars in Tamilnadu have been experiencing difficulties in obtaining Community certificates for some decades now. These certificates recognize their existence in the eyes of the government, state which tribe they belong to, hence give them a Scheduled tribe status that oblige the authorities to protect their rights and ensure social benefits provided by law. Community certificates are also mandatory to have for children to finish last two years of high school (11th and 12th grades), for the first ten years of basic education schools don’t require these papers. It means that when the local government officials give Irulars hard time obtaining documents for themselves and their children, they actually deprive children of an opportunity and a right to finish school, not to mention higher education. People who are issued the certificate have an undeniable right to claim reserved seats in colleges and universities to receive higher education and government institutions to get secured and paid jobs. Irulars wait for years to finally get these basic identity documents for their families, only those who persistent and noisy enough are lucky, the rest usually give up after the first attempt.

One of the main reason why Irular people have such difficulties with official documents has to do with the fact that many adult Irulars are illiterate and shy about it, and hesitate to fight for their rights. They have to have a leader who can organize them and help with filling the applications and writing petitions to ensure brighter educated future for their children. There has been recently an article in the Indian Express about 15 Irula families from Unnai village who have finally received community certificates after 30 years of struggle, though the procedure shouldn’t take more than 2 months. In some cases it requires to make a demonstration in front of officials’ offices to get their attention.

Another big issue that Irular community petitions authorities about is Land registration. Irulars used to be nomads, they were forest keepers and snake catchers. In the process of both the Indian government acquiring the lands for infrastructure and increase in reserved forests, Irulars were forced to move out of their natural inhabitation and settle at the outskirts of villages and alongside the roads. Authorities as a compensation for their forced movement provided housing but only for a very few people. For example, Arungundrum MGR Nagar, one of the Irular villages we are supporting was built 70 years ago by government but people who are settled there don’t have any legal claims for the land and can possibly face eviction if it is required for “development”. The concrete houses in the village are not secure anymore, people stay in thatched huts next to them. This example is actually one of better offs, Irulars in other villages are living in much poorer conditions, not to mention the ones who are forced to put their houses alongside the roads without water, electricity and any sanitation (though sanitation is an issue everywhere here). Petitioning government for collective land registration for a village (not even personal housing) is a necessary action to give these people a sense of security about the places that they have settled in, to ensure them that they won’t be chased away when the wind blows the other direction, but it is a long process.

Irular tribe doesn’t have a public face, a political representation to protect and support them. Because Irulars are illiterate and don’t enjoy protection of the officials and generally are very humble people, many of them were forced to debt bondage in agriculture due to lack of alternatives after they lost their main occupation of snake catching in 1970s. Authorities do try to find and release people from exploitative conditions of bonded labor when they become aware of it, but this is all they do, they don’t provide necessary means for people to have a chance to earn decent money or any other kind of support, except 1000 rupees ($15) per person. After being released these people find themselves with no place to stay, no money, they can’t find a paid job and also lack necessary skills for it. Some people have to go back to debt bondage: despite the inhuman conditions and long hours of hard work this is the only way for them to get some money to support their families, and it also in some wicked way gives them assurance of food on the table from time to time. Irular villagers from Jeeva Nagar – another village SAVE Intl supports - are mostly released bonded laborers. They were given the land to stay on by the Communist party of India some decades ago (there is a red flag hanging on the road leading to the village), though also don’t have legal right for it. These Irular people did manage to stay away from debt labor after being released but some of them still work on rice fields nearby for little money.    

An example of a released certificate issued by the local gvernment officials

Right now we are waiting for an official reply to the petitions submitted, ideally issued documents. If there won’t be any actions from authorities the next step is to make noise -- an actual demonstration.

Irular people in front of the Collector’s office in Kancheepuram

Kolam is a South Indian tradition of floor drawing practised exclusively by women. Tamils believe that a geometrical pattern applied with rice flour on the floor before the threshold, invites goddess Lakshmi into the household, and drives away the evil spirits.

These pictures are taken in the Fisherman’s Colony in Mamallapuram on the morning of Ganesha’s birthday, August 17th. During holiday occasions and special events Kolams appear to be more complex and colorful.

India has the largest tribal population in the world, yes more than any other country in Africa. It is about 84.3 million people, nearly 8.2% of the country’s total population. Tribal communities for far too long were considered insignificant in the strictly divided by the caste system and religion Indian society. Even more so than so to speak “official” outsiders like Untouchables who were still relevant to the system to provide such “services” as, for example, to take dead animals from villages where in other times Dalits were not allowed to be seen. Nowadays all tribal communities go by the name Schedules tribes, that puts them in the lowest position right next to Scheduled castes or even lower. To be fair the terms Scheduled castes and tribes were invented to be able to ensure rights of these communities, to secure educational and employment seats in government institutions for them. Tamilnadu has the highest quota among all the Indian states for such reservations – 69% (50% for Backwards castes, 18% for Scheduled castes and 1% for Scheduled tribes). Of course, it doesn’t work all that perfect and raise many question in the modern society.

One of the biggest tribes in Tamilnadu state, Irular is the main concern of SAVE Intl, organization I am volunteering for. There is an opinion that Irulars were the original inhabitants of South India before Tamils came, though information about the tribe is limited. Irular people were forest keepers, they were adept in handling snakes and making herbal medicine from wild plants. According to the study “Living Conditions of Irula Tribes in Gingee Taluk, Villupuram District of Tamil Nadu” by Dr.Sinu.E, Dr.Udaya Mahadevan, published in 2013, the tribe was displaced from its original habitation as the reserved amount of forests has grown and at the same time rapid infrastructural development has taken place in the region. People were left landless though some families got government housing in return. Irulars also lost their occupational life and major source of income after government banned the export of snake skins in 1976 under Wildlife (Protection) Act. (These days one has to have a license to catch snakes, and usually these people hire Irulars to do it for them.) What happened to Irular tribe was a major crisis for them, considering that most of the people in India still bore a believe that a person or a group can only exercise a particular occupation depending where on social scale one is. Many of Irular people were forced to become bonded laborers (basically slaves), mostly in agriculture. Many of them have gotten their freedom just recently, some are still in debt bondage.

Irulars live separately in thatched huts in small groups on the outskirts of bigger villages, some have to live alongside the roads without electricity or water supply. Knowing where they are coming from, how they had to survive and how hard-working, shy and harmless these people are, it brings the strong feeling of unfairness, as so many other things that happen in this world of ours every day. Such devastating social conditions Irulars pushed into are only little due to a fault of their own: these people are harmless, they have no idea how to fight for their own rights, as many poor people around the globe. Irular women are very beautiful with gentle manners and warm smiles. They are modest but hold themselves with dignity. Meeting an Urular woman on a street, one would never think that she lives in such deprived circumstances. In the Irular villages, I have visited so far, there were almost no men around, only women and children. Several men I have noticed were not involved in any discussions, doing their own thing and letting the talking to be done by women, who seem to be in charge of decision-making. To make a stronger point, the community coordinators of SAVE Intl in Irular villages are women.

One of the houses that was built by SAVE Intl

Many in Irular tribe don’t have a community certificate, an important identification document that is required to get into 11th and 12th grades of high school (which are not part of mandatory basic education), to apply into colleges and claim jobs in government institutions secured for them by the state (quotas I mentioned earlier). Some of the reasons why they can’t get this certificates are flaws in the reservation policy, corruption and interest confrontations. There is an opinion that officers responsible for the job, mostly from Backwards castes, prefer to delay issuing these certificates to STs to make sure that reserved seats in colleges that are not taken by these communities go to the caste higher, meaning theirs. The wide spread practice is to make people come several times, every time making excuses that their papers are lost or they need to pay additional fee of 500 rupees or something else. Some people wait years to finally get this certificate. Some time ago, Jagatha, one of SAVE Intl’s coordinators in charge of the problem with the certificates organized a protest in front of the local authorities’ office to demand them to do their job. There were journalists and photographers invited not to let the matter go unnoticed. It didn’t, there were several articles in the local newspapers, and in no time 56 certificates were issued. But then again after short time everything went back to “normal”.

Embroidery project

One of the ways to empower Irular women that SAVE Intl came up with is Embroidery project. The aim is to teach women a new skill that could be used as means to earn money for a living, and more importantly it is about cultivating self-respect and self-worthiness. The project is work in progress at the moment, women are still improving their skills. The organisation provides them with fabric, threads and beads, guides them when needed but usually just lets them use their own imagination for patterns and colors. It seems like Irular ladies have a natural gift and necessary patience to do such craftsmanship. They get paid depending on quality and size of their work. Some of the women, as I mentioned previously, are true artists. The main concern right now is how to turn it into a self-sufficient project. The thought is to make bags, small purses, cushions, gift cards with Irular women’s embroidery on them. This way we hope people could be interested in buying those, locally and abroad.  

What I love about this project is that teaching Tamil women how to make embroidery is not something completely alien for them. Women embroider patterns that have a very special meaning for them: they come from the traditional floor drawing practice called Kolam that is an important part of Tamil culture. In other regions of India they have their own floor drawing styles with different names in different areas. Kolams are made before the threshold of the house and before the household deity within the house for different reasons (to beautify the house, as symbols, as ritualistic drawings for religious purposes) and are different depending on the occasion, and also vary from house to house. The kolam is a type of mandala, every morning before sun rises women draw patterns into an unbroken line, leaving "no gaps for the evil spirit to enter" and inviting the goddess Lakshmi in the house. In informal way kolam signals that the house is inhabited and everyone in it is in good health, and also that there is a woman living there. Also kolam made from rice powder is created as an offering to small non-human creatures. The rice flour feeds the ants, birds and other animals. 

Making a kolam is considered to be one of the signs of Indian womanness. Through the kolam women act out their roles as protectors and caretakers of the family, according to the article “Invitng the goddess into the household” by Vijaya Retakkudi Nagarajan. No surprise that Irula women enjoy to embroider these patterns on fabric. It is a way to continue on and interpret their own culture using new means.

Religious function in a Dalit village

India was never a country of my dreams or even interests. Partly the reason lays in a prejudice of India as a place for “westerners” to seek so called enlightenment in ashrams or to seek freedom and/or happiness on the beaches of Goa. Nothing personal, I know this is not all that happens. This was just the idea that I had in my head, and I wasn’t looking for any of these.

After 1 year in Kenya I was looking for a grass-roots volunteering opportunity on a community level in a small NGO that hopefully does more good than harm. I was mostly interested in women empowerment and community development projects. I came across an organization called South Asian Village Empowerment (SAVE Intl) that works in Tamilnadu, South India. The majority of Tamilnadu are people who are considered to belong to so-called Other Backwards Castes (socially and educationally disadvantaged) as they named in the Constitution of India, significant percentage of them are Scheduled Castes (another term for Dalits or ex-Untouchables) and Scheduled Tribes. SAVE Intl focuses primarily on Irular tribe but doesn’t limit its work just by one community. The NGO works on several projects: housing, water pump systems in several villages, tuition classes in 24 centers around Mammalapuram area, limited amount of scholarships and - the one that caught my eye in the first place – Embroidery project. Excited about this opportunity, I took my chances and came to India to break my own prejudices by personal experience. I have been here for about a week now, so far I am convinced that SAVE Intl does an honest and admirable work in the area.

Embroidery workshop

The founder of SAVE Intl is an American Curt Degler, or John as they call him here (which is his middle name), who started his community work in partnership with a Tamil man Sonny somewhat 10 years ago. John is a New York born Californian who first came to India in 2003 as a tourist and a retired man and stayed in Tamilnadu ever since. I have to say that it wasn’t a sudden love from the first sight. John told me he has developed an interest in Tamilnadu back in Undergraduate school when he studied anthropology as a major subject, but afterwards took a career path in a different, more moneywise life secure direction. Nevertheless, I suppose, life finds its way back to our true passions. 

John (first on the righ) and Sonny (second on the right) 

John is a storehouse of knowledge of Tamilnadu’s reality, its politics, culture and language, religious practices, etc. It seems like he has an answer and a book for any question you have about different practices here. John tends to speak about subjects rigorously in many details, until he exhausts the matter completely which makes conversations with him interesting and very knowledgeable but requires sometimes  patience from his companions. They call it pedantic, as once he told me himself. I have to say that sometimes John is difficult to work with especially when he gets stressed by too many things happening around him, but he is admirably passionate about his work. John is very respectful and kind with locals, he takes his time to explain and listen. He always speaks appreciatively of efforts people make to improve their own life. I believe, his ability to speak in Tamil (not fluently though) among other things gained him much respect from local communities. John’s partner Sonny is a Dalit. Sonny is a mediator between John and deprived people in the area, he finds out where there is an immediate need of a new roof or a house for a widow or which village or school could greatly benefit from a water pumping system. I really like Sonny, he is very caring, always makes sure that I am in a good mood. Sonny knows quite a few words in Russian, and he pronounces them very well. He learned them back in 80s when there was some kind of nuclear agreement between Russia and India, and there were many Russians in Tamilnadu.

Few words about Tamilnadu and India. I don’t know much about the whole country and suppose one can’t really talk about India in general: politics, economic growth, education levels, cultural codes and language vary from region to region significantly. Local authorities are the ones who hold here the real power, national government over the years after independence settled on overlooking duties. Tamilnadu region is a special place in many aspects. Politics in Tamilnadu are quite amusing if not absurd. Many political leaders come from Kollywood  – second biggest movie center in India after Bollywood. They used to be locally famous movie stars. The great example is the Chief Minister of Tamilnadu in office Jayalalithaa, an actress in the past, who has been on and off in power since 1991. If I know correctly, English became second national language after Hindi mostly due to the political influence from South regions like Tamilnadu and Kerala. At least, this is what I learned from an online course about Contemporary India. Tamil people often don’t express much interest in learning Hindi because it is the native language of North India, not knowing it as a mother tongue would automatically put them in a lower social and economic position. People seem to be friendlier here. If you give a stranger a smile, she or he will most definitely give an even warmer one back.  

Bharat private school

Public primary school

The first week here in Mammalapuram with SAVE Intl has been overwhelmingly busy but made me terribly happy and excited about the next 6 months to come. This is truly hands on experience focusing on poor communities in rural areas with little online involvement (there is still a need to update the organization’s website and manage social networks). So far, I have been introduced to some Irular tribe women who are involved in NGO’s Embroidery project and have visited a few of their villages. These ladies are remarkably welcoming, though shy at first, very well-mannered and noble. Some of them are still working on their embroidery skills but many already make exquisite pieces. As you can see, they made quite an impression on me. I will write about them and the project in a separate entry. This week I also had a chance to get to see several government and tuition schools, attended a teachers’ training initiated by fellow organization Aid India and couple other events organized to reward and encourage hard-working students to excel. There hasn’t been a dull moment, and I hope it will continue this way.

Поворотным пунктом стал конфликт с Кевином – одним из первых детей нашего центра, любимца основательницы организации, примера для подражания для остальных (первый и пока единственный, кто учится в универе), но неприятного типа, научившегося использовать систему. Кевин живет в университетском общежитие, но время от времени появляется у нас, баламутит мальчиков – пояс джинсов у всех вдруг спускается ниже обычного, походка становится вальяжной, а взгляд наглым - и уезжает. Одним таким понедельником в полвосьмого утра я делала повторный обход, чтобы убедиться, что все ушли в школу. Конечно же, ушли не все, группа мальчиков во главе с Кевином преспокойно смотрели фильм на его ноутбуке. Слово за слово, от вопроса (моего) "Кевин, почему ты не в универе, да еще и поощряешь своих друзей прогуливать школу" мы пришли к крикам (его) - you are crazy - и угрозам (его) – we will see who will have the permission to stay here, you or I. В ситуации была, конечно, моя вина: я своими слова заставили Кевина думать, что он должен покинуть центр немедленно, забыв, что для него это -  дом, где он вырос, а я просто очередная мзунгу, раздающая указания и которая обязательно сбежит при первой возможности. Криками делу не поможешь, решила не принимать все это близко к сердцу и забыть. Кевин же решил проучить меня – написал слезное письмо основательнице, которая практически отошла от дел в силу возраста, что новый директор пыталась выгнать его из дома. Через пару часов Кевин заявился в мою комнату с наглым видом и сунул мне в лицо свой смартфон со словами Read, there is an email for you. Посыл письма сводился лишь к обвинениям: какое право я имела так (как?) разговаривать, мое поведение возмутительно, мои слова оскорбительны и так далее. Что уж он там точно ей написал, я не в курсе, но лицо держать я умею (OK, thanks Kevin), так что Кевин, надеявшийся на мой испуг, морального удовлетворения не получил – и решил действовать дальше. К вечеру меня уже вызывали на "серьезный" скайп-разговор. Нервы пощекотало, хотя разговор так и не состоялся: Джули (моя начальница) объяснила Кэрол, что это была лишь истерика Кевина, и не стоило реагировать на его письма и делать поспешные выводы.

Мои отношения с мальчиками, особенно старшими эта история подпортила: они вдруг решили, что теперь можно разговаривать со мной на повышенных тонах и откровенно грубить. Все, думаю, пиздец, можно собирать вещи: дети найдут способ сделать жизнь невыносимой. Но уезжать не хотелось, да и сдаваться – проявить слабость. (Ага, я из этих.) Окей, решила я, вам придется сильно постараться, чтобы от меня избавиться.

Через неделю Кевин пришел домой пьяный, и это событие удивительным образом сыграло в мою пользу. Дежурным был новый директор Гонзало, 40-летний испанец, он не стал долго думать, а ворвался в комнату и при всех обвинил Кевина в употреблении наркотиков, потому что охранник наш сделал такое предположение. Обвинить в употреблении наркотиков здесь оскорбление, а оскорбить молодого человека перед его друзьями... ну вы знаете. Кевин вышел из себя, начал орать, припомнил меня, упомянув свое письмо. Все это я знаю со слов, мы с Бекки были в городе. Когда мы вернулись в полдесятого, надеясь, что все уже спят, мальчики обступили меня с вопросом, правда ли, что Кевин пожаловался на меня Кэрол. Оказалось, что они лишь видели или слышали про нашу ссору, но не знали, что Кевин хотел меня уволить. Тут-то я и заработала баллы в свою пользу за нежелание уезжать.

С этого вечера все стали очень предупредительны и дружелюбны. Лишь на пару дней, не обольщайтесь :) Они все также раздражаются, когда им что-то не нравится, и много спорят, но отношения изменились, стали роднее. Сейчас, когда я наблюдаю за ними, как они дурачатся, глупо шутят, играют в футбол, флиртуют друг с другом, заботятся друг о друге, дерутся, откровенно обманывают, жалуются, на сердце почему-то становится очень тепло и светло. И вот это чувство заботы, которое неожиданно переполняет тебя без всякой причины, - очень счастливое чувство. (Простите за пафос)

На той неделе взяла выходной посреди недели, чтобы выбраться из центра, побыть в тишине, и отправилась на кратер протухшего вулкана Мененгаи. Водитель picki-picki (мотоцикла) проехал мимо поста охраны, где нужно было оплатить вход на территорию национального парка, на полной скорости. Не знал. Через пять минут очень быстрого и пугающего подъема по кочкам нас догнал другой мотоцикл с двумя офицерами полиции. Чувства безопасности в условиях тотальной коррумпированности кенийского общества и знания, как легко они принимают решение нажать на курок, вид не вызывал, но мы же не из европ, чтобы доверять полиции. Вернули нас к посту, завели меня в коморку, посадили на стул, встали надо мной два детины и стали грозно допрашивать с автоматами наперевес: почему не остановились, как же так не видели знака, это очень серьезное правонарушение. Почти напугали меня - и я уже представила грязную камеру и как-то равнодушно смирилась, когда было произнесено сладкое слово штраф и какая-то нелепая сумма в 1000 шиллингов с меня и 500 с водителя. И тут уж мне стало противно от столь откровенного вымогательства. Да и вот от ежедневной необходимости сталкиваться с ложью, мелким воровством, взятничеством, завышенными ценами на все из-за цвета твоей кожи. И дело даже не в цвете, а в уверенности местного населения, что все мзунгу рождаются с банковским счетом и теперь всем им должны. Не поймите меня неправильно: я прекрасно понимаю, что если для меня 1000 шиллингов (около 400 рублей) почти копейки, то для них – запас еды на неделю. Но позиция жертвы и жизнь с протянутой рукой вызывает у меня лишь раздражение, никакого сочувствия. Платить я, конечно же, отказалась – и нас просто отпустили, прежде попытавшись получить хоть что-то, снизив сумму сначала до 1000 за двоих, потом до 500. Не забить и откупиться очень помогло испуганное и униженное лицо водителя, готового отдать все на свете. Как можно постоянно жить в страхе?!

Вот и с детьми та же история. Это не несчастные худенькие африканские мальчики и девочки, счастливые возможности поесть и научиться считать до ста. Это обычные маленькие манипуляторы, часто даже очаровательные в этих попытках. Они не любят просыпаться рано утром в школу и находят сотни отговорок, чтобы остаться в кровати. Они придумывают себе болезни, чтобы их пожалели. Они обманывают и выпрашивают деньги на визиты к несуществующим больным родственникам, чтобы получить мелочь на чипсы. И да - подростки такие же невыносимые, как и вы когда-то. Ничего такого, с чем нельзя справиться. Отличие в том, что система детского центра приучила их чаще обманывать и использовать окружающих и вообще все в жизни получать от мзунгу за красивые глаза. Не всех, среди старших есть удивительно умные, знающие чего хотят от жизни и работающие для этого. У 16-летнего Питера есть реальный шанс стать профессиональным бегуном и представлять через несколько лет Кению на крупных соревнованиях. 17-летний Нельсон мечтает стать журналистом - каждую субботу он целый день проводит на местной ТВ- и радиостанции. На следующей неделе планирую сходить вместе с ним. Про мудрого Эрастаса вы уже знаете. Дэвид, я очень надеюсь, станет успешным футболистом, вроде Мэсси. Сравнение не случайно – характер прилагается.

Выстраивать отношения с подростками постарше интереснее всего. Говорю про мальчиков, с девочками я со своей рациональностью как-то всегда не умела общаться, а про истеричных 15-летних лучше вообще не говорить. С пацанами же очень легко. С одной стороны. Они не ноют, не огрызаются (обычно), не подлизываются, а просто издали презирают тебя. Или с интересом наблюдают, ожидая, когда же ты совершишь ошибку. Which is fine with me. Захотят – сами придут. На третьей неделе тот самый Питер попросил помочь с химией. Надо сказать, что в Кении, если ты хорош в спорте, то ты и по академическим показателям в школе один из лучших. Стереотип "спортсмен значит глупый" тут не работает. Химию я не знаю, но если включить элементарную логику, оказывается можно решить уравнения из учебника старшего класса. Пришел он, конечно, не за домашкой, а чтобы проверить, что это за новая белая девочка тут околачивается. Или 17-летний Пол, выглядит и ведет себя как гангстер, но очень серьезный молодой человек. Он один из немногих не выпрашивает деньги на всякие глупости, только по делу – плата за обучение, транспорт в школу или на футбольную тренировку, ланч. Гордый. В последние две недели Пол стал приходить за деньгами ко мне. Думается, что он стал чувствовать себя со мной комфортно, так что подобные просьбы даются ему легче, почти не ущемляют его достоинства. Win! (Да, я тут не зарабатываю, да еще и деньги свои раздаю, хотя большую часть получаю назад от центра.)

С другой стороны, со старшими нужно уметь держать дистанцию, что сложно, когда в тебе 159 см роста, а они не оставляют попытки проверить тебя и перейти дозволенные границы отношений "взрослый - ребенок". Все эти слишком долгие рукопожатия, взгляды, попытки погладить мои волосы. Приходится все обращать в шутку и ненавязчиво убирать руки со скромными, или строго пресекать с особенно самоуверенным. А вот с такими, как 15-летний Кепроно, нужно быть аккуратнее, чтобы не навредить. Кепроно очень немногословный мальчик, ему нужно женское внимание для становления, прибавить уверенности в себе. Поначалу он лишь молча наблюдал, а как только я начала каждый раз при встрече расспрашивать его о жизни, стал появляться в моей комнате все чаще, много улыбаться, но заговорить первым все также не решается. Как построить дружеские отношения, но не дать развиться его увлеченности, пока не знаю.  

В кенийских школах учителя бьют учеников повсеместно - за отсутствие ботинок, за грязную или порванную форму, или даже за носки не того цвета или длины. Так их воспитывают. Но, конечно, никто никогда не признает этого вслух. В Кении вообще очень важно «держать лицо» на словах, а на деле – кого уж это волнует. Они могут пообещать выполнить работу сегодня, заранее зная, что ни сегодня, ни завтра, ни даже послезавтра у них не будет возможности. Иногда для этого есть даже понятные причины, но вместо того, что сказать так и так, простите, но физически не могу, они будут обещать и даже уверять, что в десяти минутах езды от вас – и так проходит три дня. У меня такая ситуация была с несколькими инженерами местной водной компании и даже их боссом. Если в первый день я разговаривала с ними как с адекватными людьми, а во второй начала давить на жалость (представьте меня с грустными глазами, причитающую про 75 несчастных детей, которые умирают от жажды), то к концу недели я просто истерично орала (а я не люблю истерично орать) в трубку телефона… и так пять раз на дню.

В школах здесь не просто наказывают детей, их унижают перед одноклассниками. На днях 9-летнюю Адокет, лучшую в своем классе, за разговор на уроке учитель заставил прыгать на корточках, изображая лягушку. До тех пор, пока она уже не могла продолжать. А 10-летний Кепто уже три недели сидит дома, потому что из-за постоянных побоев бедный мальчик совсем перестал с кем-либо общаться. Когда я приехала он каждый вечер сидел в одиночестве около огня и на любые попытки с ним поговорить лишь жалобно произносил fine или nothing, а сейчас это обычный непослушный и улыбчивый ребенок. Стивен занимается его переводом в мусульманскую школу. А 13-летнего Лопона вчера высекли линейкой и отправили домой за то… wait for it… что он появился в школе на день раньше, чем ему разрешили после предыдущего наказания.

При этом в местных школах нужно платить за все, начиная с обучения и экзаменов и заканчивая чем угодно, что придет в голову учителю – метлой, например. (Поэтому эти дети и живут в нашем центре при живых родителях, хотя среди них есть и сироты.) Недавно учеников одного из классов попросили принести по 10 шиллингов на одну такую метлу. В классе человек пятьдесят, а на 10 шиллингов можно купить два авокадо. Не знаю, может, он фанат Гарри Поттера и всего лишь хотел организовать собственную команду по игре в Квиддич. Другой - реалистичный - вариант меня не устраивает. 

И вот что спрашивать с детей, которых так унижают взрослые каждый день?!

Хотя, надо сказать, страх не был случайным. На шестой день моего пребывания в Накуру в нашем детском центре случился инцидент, который меня как новичка скорее взбодрил, хотя и испугал, а вот Бекки, которая тут уже семь месяцев, очень сильно расстроил, она несколько дней серьезно подумывала, не бросить ли все и вернуться в Нидерланды. Для понимания: в центре проживают 75 детей от семи до семнадцати лет (на самом деле есть и старше), все из провинции East Pokot, где почти не бывает дождей, а это значит голод и межплеменные войны. Бекки, Стивен и я (директор центра Джули бывает тут лишь пару дней в неделю и занимается больше финансами) отвечаем за них, а также за все, с чем связано руководство детского центра в условиях кенийской нерасторопности, где оплата счета за свет в банке может занять целый день, а вызов инженера решить проблему с водой - неделю непрерывных звонков и выматывает так, что хочется в конце дня просто лечь и умереть. No kidding. Помогают нам Капедо и Кларисон, еще год назад бывшие тут детьми.

Так вот.

В день моего первого дежурства две пятнадцатилетние девочки подрались из-за утюга. Вернее Джой побила Нйору… за неуважительное отношение. Да, именно так. Разняли, отправили спать в разные комнаты. Мои попытки выяснить у Нйору, что же произошло, вызывали у нее лишь раздражение. Ведь проблемы кенийских подростков эмоционально непостижимы для музунгу. На следующий день все было спокойно, и мы как-то забыли об этом. Бекки и я радостно ждали пятничного вечера, чтобы выбраться в город, посмотреть матч Нидерланды – Испания, выпить Tusker и забыть про этих маленьких и больших негодников. Капедо как дежурного предупредили, что если что – звони. Звонить не пришлось: когда я натягивала джинсы, в мою комнату вбежала экономка Анн с криками They are fighting again! На этот раз трое девочек с палками в руках пришли к Джой проучить ее и предусмотрительно закрыли внешнюю дверь своего здания, чтобы им никто не мешал. Крики, испуганные лица маленьких, рассерженные - старших. Я сама всерьез подумала, что они там поубивают друг друга. Кто-то из девочек через 10 минут непрерывного стука все-таки открыл дверь, и толпа хлынула внутрь. В суматохе, пока Бекки и я в разных комнатах пытались успокоить Нйору и Джой, старшие мальчики решили взять дело в свои руки и наказать Джейн и Чапкамой (а потом и Нйору попалась им под руку) за плохое поведение - так, как обычно поступают их отцы. Шестеро мальчиков в ярости избили ремнями с ног до головы троих девочек, а Чапкамой еще и покусали, сильно (sic!). Pokot style, girl!

Если не принимать в расчет, что подобные наказания здесь – норма, и все 75 человек всерьез до сих пор не понимают, почему это недопустимо, две вещи были самыми неприятными и пугающими. Тот факт, что первыми за свои ремни взялись Капедо и Кларисон, которые должны были помогать нам успокоить всех. И что среди этих шестерых был Эрастас – очень умный, добрый, чуткий, ответственный, всегда готовый помочь. Уже сейчас на его лице читается мудрость, и я легко представляю его через несколько лет во главе своего племени или просто справедливым главой семьи. К счастью, мы все-таки в нем не ошибались. Эрастас единственный из всех извинился перед девочками, несмотря на обыденность для всех случившегося (но все-таки даже для Покота все это зашло слишком далеко), и рассказал нам, что беспорядки 2007 года в Накуру, когда после президентских выборов представители проигравшего кандидата устроили на улицах побоище, сжигали дома и убивали людей, и дети все это видели, сделали его жестким и невосприимчивым к страданиям. Наши перекошенные в ужасе лица заставили его вспомнить детские страхи семилетней давности.

Так что мой испуг во время разговора с Капедо имел свои основания, но я не думаю, что он бы посмел. Хотя ожидать можно чего угодно от кенийского мужчины, оскорбленного вопросом почему. Согласно местным нравам, я как женщина не имею права подвергать сомнению действия мужчины, хотя и вопрос-то был не в этом. Я, конечно, поплакала и даже хотела сбежать, но чувство ответственности пересилило – снова был день моего дежурства, когда нельзя покидать центр и надо решать все возникающие проблемы и нужды. Благо есть Бекки, и эта мысль не покидает меня последние три недели. Она оставила Кларисона на полчаса за главного и повела зареванную меня в темных очках завтракать. А уж успокоившись, я как взрослый человек серьезно поговорила с Капедо и объяснила ему, что, несмотря на допустимость подобного в его культуре, он не имеет права так со мной разговаривать.