…Под яркими софитами огромных стадионов не скрыть своих истинных чувств – они все, как на ладони. Обнажённые, оголённые, разодранные, будто нервы в открытых ранах; будто тёплая мягкая плоть под прохладными тонкими пальцами – они податливы, их можно даже коснуться, если сильно хочется – стоит лишь протянуть руку к чужому сердцу. Опасно. Притягательно. Рискованно, но определённо стоит того, чтобы попробовать. И Джисон касается. Проникает под кожу быстро, резко, не щадя и не жалея: пальцами по шее, чтобы сжать, притянуть к себе; словами, что буквально выплёвывает в лицо Хвана бурным агрессивным потоком неровных строчек и рифм – Хан знает, что всё делает правильно – огонёк в чужом взгляде дарит уверенность и лёгкое трепетное предвкушение: озорных возбуждённых чертей в глубоких карих глазах не в силах удержать даже цветные контактные линзы – Хёнджину нравится. Нравится. Нравится и Хану – оказаться вжатым в стену гримёрки крепкими сильными руками до жути приятно. Бурлящий в крови адреналин; терпкая липкая влага на шее и спине; горячее, практически болезненно обжигающее дыхание, въедающееся прямо в кожу; тихий шёпот – отвратительно сексуальный, шелестящий незаметным переходом корейского в английский и наоборот. Горячо. Тесно. Невозможно. Джисону хочется умолять: хочется, чтобы Хёнджин забрался глубже, коснулся души, испачкал свои чертовски манящие пальцы в чужой истине, захлебнулся, без шансов на спасение. Чтобы грубо, болезненно и искренне – будто локтем об угол стола, будто оголённого нерва коснулся калёным железом. До зубовного скрежета, чтобы после – лёгкость, пустота и успокоение. Удовольствие. Хёнджин дикий – зубы его оставляют следы, а ладони сжимают крепко, властно, уверенно. Хану горячо и сладостно, ему необходимо больше, ему так сильно хочется Хёнджина всего, что колени судорогой сводит. А Хван лишь ухмыляется, смыкая пальцы на шее сильнее, смотрит в глаза и шепчет заискивающе: «не так быстро, Хани». Не так быстро. И Хан Джисон, чёрт возьми, готов раствориться в этом моменте навсегда, отпуская себя, свою выдержку и принципы. Рядом с Хёнджином весь его привычный мир летел в огненную бездну со скоростью света. Нравилось ли это Джисону? Безусловно…
вау, это прекрасно
