max3d

— Почему вы поддерживаете существующий в Германии закон, из-за которого клубы не могут привлечь богатого инвестора? — Я не хочу никаких инвесторов. — Почему? Вы смогли бы конкурировать с «Баварией» уже сейчас. — Потому что инвесторы всегда пытаются влиять на происходящее в клубе. А мы знаем лучше всех, что для «Боруссии» хорошо, а что нет. Я не хочу Романа Абрамовича, который может сказать: «Мы берем Шевченко». Это не наш путь. 99,9% наших фанатов не хотят инвестора, потому что желают оставаться частью клуба, а не просто прыгать и кричать на трибуне, поддерживая команду, которая принадлежит Абрамовичу или шейху из Катара. Посмотрите: в Англии цены на билеты выросли в два раза, футбол больше не является народным спортом, это чисто экономическое мероприятие. В Германии такое трудно себе представить. У нас есть клубы, имеющие инвесторов в качестве исключения, — «Вольфсбург», «Байер», — но они не притягивают публику, как «Бавария», Дортмунд или «Шальке». Мы остались клубами в буквальном смысле, где фанаты благодаря своему членству в конечном итоге могут принимать участие в принятии решений. — Звучит романтично. — Не только звучит, мы и есть романтики. Когда твои болельщики романтики, ты тоже должен им быть, иначе в долгосрочной перспективе не добьешься успеха. В Англии — клиенты, у нас — фанаты. В конце концов, именно они определяют, что происходит в клубе. Конечно, повысив цены в два раза, мы все равно будем заполнять стадион, но это не наша модель. Мы хотим, чтобы люди из всех социальных слоев, дети имели возможность прийти на стадион. У нас 28 000 стоячих мест, билет на одно из них стоит €11–12, такого больше нет нигде в Европе, но это наша культура.

Я давно мечтал о том, что российский футбол будут реформировать по принципу киноиндустрии. Когда я учился в старшей школе, в Москве еще были кинотеатры, где вместо афиш – гигантская цветная каллиграфия, а вместо удобных сидений – поедаемые клопами кресла; справлять нужду некоторые поддатые зрители (видел своими глазами) ходили прямо в угол зала. Сейчас кинотеатры – цитадель семейного отдыха, куда ходят массово и где тратят охотно. Я мечтал, что когда-то на новых стадионах (в Москве, пусть неидеальные, они уже есть) будут собираться семьи, в которых кто-то будет хрустеть попкорном, кто-то – рассматривать разухабистые финты Данни, а кто-то – слать воздушные поцелуи Джастину Александру Кокорину. Совсем нефакт, что это «когда-то» уже не наступит. Но после Химок ждать его придется гораздо дольше.