Dr. Al

Самый солнечный штат на свете настолько глубоко впитался в меня, проник под кожу и забился трепетной венкой где-то у самого запястья, что теперь как из груди кусок - перемены. Я люблю перемены, я жажду перемен, они нужны, как самые большие толчки в жизни, как землетрясение, как цунами, чтобы ничто не осталось прежним. Но почему я снова чувствую себя робким первоклашкой, огромными глазами, полными испуга от неизвестности, смотрящим на то место, которое должно стать новым домом храмом. А сам еще вижу, как рано утром бегу по ступенькам, залитым самым ласковым солнцем, разрезая солнечные лучи, нарушая утренний покой и подставляя лицо бархату ветра. Почему теперь это стало как-то по-особенному дорого? Не представляю, как можно жить без океана за окном, без его тихого шума, без хмурой, почти грозной серости в непогоду, без ласковых поцелуев волн, без запаха необъятных просторов и неизведанных глубин.

Это будет сложное начало. Пока сложно представить себя где-то еще. Не в этом месте, не рядом с этими людьми, не в этих стенах, не на этой улице и даже не в этой кровати в нашей уютной комнатушке. Странное чувство тяжести и одновременно нетерпеливого ожидания того, что будет впереди. Потому, в конечном счете, все это ради одной цели - самой важной цели. Но пока не хочу. У нас есть время насладиться этими днями и ночами вместе, в этой комнате, в машине с мигалками, наедине с океаном, на той самой лавочке на аллее по дороге в то место, которое свело нас всех вместе, благодаря которому мы нашли друг друга и уж точно уже никогда не потеряем. Это самое лучшее, что нам останется после всех этих сложных лет.

Но пока мы рассекаем раскаленный асфальт, ловим лучи солнца и заряжаемся самым лучшим временем, которое даст новый, еще более сильный толчок вперед. Так много есть, что сказать, рассказать, но насколько не хочется нарушать эту хрупкую идиллию. Даже наш картавый друг молчит и только хрустит чипсами на заднем сидении, довольный, словно маленький мальчишка. Все мы сейчас маленькие мальчишки, проводящие очередное самое лучшее лето (плавно перетекающее в осень) в своей жизни. Для каждого из нас это маленькое убежище, благодаря которому все страхи уходят прочь, а раны небрежно заклеены пластырем с Микки Маусом. Хотя мне больше нравится с Дональдом Даком.

Я впервые ощущаю себя настолько свободно и легко. Я, наверно, готов ко всем этим переменам, к этому стремительному движению вперед. Пора учиться быть тем, кем давно хотел стать. И сейчас, гуляя по вечерним улицам, утопая в этом непрекращающемся шуме города, растворяясь в бесконечном потоке людей, сливаясь с этой безудержной энергией мегаполиса, где возможно все, что только можно себе представить, я ощущаю себя как-то по-особенному.

Недавно мой приятель показал мне одно место, где собираются молодые люди, нечто вроде клуба, хоть это не совсем точное описание, но нечто схожее, где играет музыка 80-90-х, иногда даже начала 2000-х, эти самые молодые люди одеты в том же духе, все в тему, прически, макияж, обстановка, даже выпивка и мельчайшие детали, и вся улица пропитана духом прошлого. Таких мест много, но это мне понравилось больше всех. И настолько меня зарядило позитивом и энергией все происходящее, что я смог позволить себе раскрепоститься и быть самим собой. Боже, как же не хватает всего этого в обычной жизни, нас самих, настоящих, а не пытающихся казаться. Никому не было стыдно подпевать Уитни Хьюстон или Джастину Тимберлейку, никто не делал вид, что слушает только классику, тяжелый рок или джаз, никто не боялся говорить о том, что, например, любит старые мелодрамы с примитивным сюжетом, ест на ночь мороженое или смотрит по вечерам какое-нибудь глупое телешоу, а не фильмы Линча. И при этом каждый из них мог с легкостью оказаться доктором физики, профессором античности в университете или инженером, что лишний раз подтверждает - нельзя судить людей по чему бы то ни было, кроме их поступков. А увлечения все индивидуальны, кто-то марки собирает, кто-то ходит в оперу, а кто-то собирается с такими же любителями Мэрайи Кэри и безудержно танцует весь вечер под Уитни Хьюстон, потому что wanna dance with somebody. А на утро все они встретятся на научной конференции и будут со значением улыбаться друг другу в кругу мастодонтов науки.

Мне чертовски это нравится. И после одного такого вечера стало как-то легче находиться в этом огромном городе, где все-таки есть такие же, как ты, и буквально физически ощущаешь, что ты тут не один. Вас тут таких много. И некоторые из вас могут встретиться вот таком уютном и простом месте где-то на самой неприметной улице, на которой по вечерам происходит вот такая простая, бытовая магия. Магия единения людей. Стало легче улыбаться, идя по улице рано утром. Стало легче дышать загазованным, душным воздухом. Стало легче проходить контроль и погружаться в непривычную для меня атмосферу другого заведения, но не менее важного чем то, к которому я привык. А после, за непринужденной беседой я уже нетерпеливо постукиваю ногой под столом в такт музыке, которая так и играет в голове. Потому что i wanna dance with somebody.

Непростое время, честно говоря. Впереди ждут серьезные экзамены, завершение огромного, тяжелого этапа, а затем новая ступень в становлении профессионалом своего дела. Наверно, поэтому уже второй месяц внутри нарастает небольшая тревога и даже какое-то напряжение. Возможно, еще и поэтому меня так удивляет совершенно легкое отношение Д. к этой же ситуации. Он не заморачивается так сильно, как я, пусть сам тоже находится на пороге нового этапа, перед новой ступенью в карьере и в жизни в целом, над которой уже занесена нога, осталось лишь уверенно поставить ее и подняться. Впереди еще есть время, его даже еще вполне много, но решать нужно уже сейчас.

Но не хочется зацикливаться только на этом. И чтобы совсем не погрязнуть в этой нервной обстановке, мы решили втроем отправиться в небольшой отпуск, всего на неделю, в Канаду. Так что в первых числах апреля отчаливаем и уже предвкушаем. В этом плюс таких неожиданных знакомств в рамках профессии, когда теперь можно и гида получить, и жилищный вопрос без проблем решить, и даже найти машину для передвижений, да еще и за копейки. Местные знают лучше, могут подсказать и просто помочь по-человечески, как ты в свое время помог им. Доброта порождает доброту, что бы там ни было.

А пока приходится носиться по этому суетному городу, все так же вставать ни свет ни заря, продираться сквозь толпы людей и есть на ходу. Собственно, ничего нового, как и всегда, но только в более серых и холодных декорациях. Зато сколько интересных людей и мест, в этом плюс таких городов, где сосредоточено большое количество великих умов. Такая живая, пульсирующая артерия, что у самого кровь буквально бурлит, когда вливаешься в ее поток. Но это утомляет даже больше, чем три смены подряд практически без сна. Хочется больше свободы для души, а не только для мысли и дела. Каждому свое, как говорится.

Главное, не попадаться. Эти ловушки расставлены даже здесь, среди стерильной чистоты и белого света, словно в храме. В храме медицины. Наверно, поэтому все это и выглядит еще более неуместно, чем где бы то ни было еще. Мы здесь поклоняемся совершенно другим вещам, не стоит засорять это место подобным мусором. А это именно мусор, который отвлекает и мешает брать сполна все то, что дается, все самое важное, что пригодится в будущем.

И дело не в пресловутом предубеждении насчет “служебных романов”, в этом месте вообще не существует никаких предубеждений, просто все до банального просто - время слишком ценно, чтобы растрачивать его впустую. Это не тот случай, когда ты задыхаешься при одном упоминании имени, когда кончики пальцев немеют, стоит только вспомнить бархат кожи, к которой ты так жадно прикасался накануне, когда в груди что-то щекочет, едва только где-то рядом слышится знакомый голос и прочее, прочее, нет - напротив, ты прячешься по углам, лишь бы только не пришлось что-то говорить, объясняться на пустом месте, когда кто-то один что-то себе придумал, а проблемы возникают у тебя. Это даже раздражает, это мешает, как надоедливая муха, как комар, летающий над ухом, невидимый, но настойчивый, и ты тщетно пытаешься его прихлопнуть.

Все это довольно глупо, честно сказать. Будто кто-то вдруг решил, что фантазии возможно перенести в реальность, и выбрал объектом их воплощений тебя, а ты ни сном ни духом. Это мешает, даже раздражает. Хочется, чтобы хотя бы в эти редкие и непродолжительные перерывы между чужой болью, в которую приходится погружаться с головой и тонуть в ней, опускать до самого дна, а затем выныривать, задыхаясь, опустошенным и выжатым до капли, чтобы в это короткое время никто не трогал и не тревожил. Не навязывался, не зудел, словно то злосчастное местечко на спине, до которого никак не можешь дотянуться сам, не трещал и хватал за руки, пальцы которых порой просто не сгибаются от перенапряжения. И пусть покажешься занудой, недотрогой, да кем угодно, но, черт возьми, плевать. Дайте просто отдохнуть.

- Слушай, а, может, мы... - Нет, не может.

Обманывать себя - сущая глупость. Будто что-то изменится от того, что ты запрячешь неприятную тему подальше, в самый темный угол, и попытаешься не обращать внимания, забыть. Она, может, и запылится, но быть болезненной не перестанет. Это как шрам, который время от времени чешется и ноет, напоминая о себе. Стоит провести по коже рукой, как он ощущается легкой неровностью, маленьким изъяном, отметиной, которая никогда не исчезнет. И чтобы правильно описать его для самого себя, надо подобрать слова.

Но иногда слов нет. И сказать нечего. Не хочется ничего говорить. Просто чтобы не выглядеть глупцом в собственных глазах. Смотришь в зеркало и видишь лжеца, который не может соврать самому себе о том, что ручка красная, а не синяя, как и Джим Керри не смог. Зачем же врать? Зачем подбирать слова? Если все равно будешь глупцом, пусть об этом никто и не догадается. Быть честным перед самим собой - то еще испытание. И все эти подобранные слова становятся ничем. Пылью, мусором, грязью, заразой. Это как синдром Диогена, и ты все копишь, все тащишь этот мусор, эти лживые слова, которые копятся, сваливаются в горы, в кучи, занимают все больше места, зажимают в плотное кольцо никчемной лжи, что становится невозможно дышать. Глупое собирательство ненужных оправданий, пустых слов, мусора. Это выматывает больше, чем правда, чем голая истина, которая бьет один раз, но наповал. И порой лучше пережить один такой удар, чем всю жизнь терпеть колкие укусы лжи, забирающие все силы.