#brusov

Valery Bryusov

The Tryst

In the land of Ra the flaming, by the shores of Nile's slow ⁠waters, where the roofs of Thebes were seen, In the days of yore you loved me, as dark Isis loved ⁠Osiris, sister, friend and worshiped queen! And the pyramid its shadow on our evening trysts would ⁠lean.

Oh, the mystery remember of our meeting in the temple, ⁠in the aisle of granite, dim and straight, And the hour when, lights extinguished, and the sacred ⁠dances broken, — each to each was sudden mate; Our caresses, burning whispers, ardors that we could not ⁠sate.

In the splendor of the ball-room, clinging to me, white ⁠and tender, — through Time's curtain rift in twain, Did your ear not catch the anthems, mingling with the ⁠crash of cymbals, and the people's answering refrain? Did you not repeat in rapture that our love awoke again?

Once before, we knew existence, this our bliss is a remem-⁠brance, and our love — a memory; Casting off its ancient ashes, flames again our hungry ⁠passion, flames and kindles you and me, — As of old, by Nile's slow waters, in the land beyond the ⁠sea.

Translated by Avrahm Yarmolinsky

(Modern Russian Poetry: An Anthology (1921))

Валерий Брюсов Встреча

Близ медлительного Нила, там, где озеро Мерида, в царстве пламенного Ра, Ты давно меня любила, как Озириса Изида, друг, царица и сестра! И клонила пирамида тень на наши вечера.

Вспомни тайну первой встречи, день, когда во храме пляски увлекли нас в темный круг, Час, когда погасли свечи, и когда, как в странной сказке, каждый каждому был друг, Наши речи, наши ласки, счастье, вспыхнувшее вдруг!

Разве ты, в сияньи бала, легкий стан склонив мне в руки, через завесу времен, Не расслышала кимвала, не постигла гимнов звуки и толпы ответный стон? Не сказала, что разлуки — кончен, кончен долгий сон!

Наше счастье — прежде было, наша страсть — воспоминанье, наша жизнь — не в первый раз, И, за временной могилой, неугасшие желанья с прежней силой дышат в нас, Как близ Нила, в час свиданья, в роковой и краткий час!

1906, 1907