Пересказ на сельский манер 4.
Кодла уже давно планировал съехать от своего дальнего дядьки Багира, у которого он снимал комнату, ибо жить с этим говнюком становилось всё трудней изо дня в день: то он попрекал его съеденными сосисками, которые пересчитывал при каждом открытии холодильника, то посудой не помытой, но больней всего по самолюбию Кодлы дед Багир проходился осуждением его театральных навыков! Кодла давно мечтал стать частью театральной труппы, но его выше должности уборщика как-то в тетр не брали, а после инцидента с воровством костюма, который с себя Кодла с того дня не снимал, его и вовсе из тетра выперли... кхем, уволили по собственному. Но мечта оставалась жива, и Кодла не унывал, подходя к каждому своему появлению на публике как к вызову своих талантов, в надежде на их хоть какое-нибудь пробуждение — ну уже пора бы! До этого барон Джиган часто, после приёма портвейна, уверял, что завистливый Алмаз как-то Кодлу загипнотизировал. Но вот уже три года, как ограничители были сняты, но талант, со слов дядьки Багира, так и не пробудился...
— Ой! — Кодла был крайне удивлён, что за ним буквально по пятам на квартиру деда Багира притопал Бориска, — Как ты меня нашёл?
— А это я тебя пометил навигаторским жучком, — ничуть не смущаясь собственной лжи уверял Бориска, носком затирая следы, оставленные Кодлой. Ибо, как говорил сенсей: «Врать надо так, чтоб потом сбывалось», — последняя разработка военного села, меж прочем. Вон, вишь на тебе вша скачет? Вооот. Шурикосенсеевская. Я тебя теперь везде найду!
Кодла окончательно пригорюнился и приуныв в итоге стал жалобно пялиться на Бориску.
— Налички всё равно нет. А карту с пасобием дед Багир изъял!
Бориску перекосило, толи от корявого переигрывания Кодлы, толи от нахлынувшего сочувствия, а потому решил выйти из ситуации как можно скорее старым народным методом — лечением в долг.
— Ладно. Ща я сниму с тебя похмелье, а ты мне после по номеру мобилы скинешь!
— Вы только посмотрите, уважаемые коллеги, кого нам посчастливилось встретить в стенах этой комуналки, — внезапно зазвучал мягкий баритони за Борискиной спиной.
—Это ещё кто? — нахмурился Бориска.
— Больше уважения, малолетний ублюдок. Мы, меж прочем из соц. службы! Придушить вас, тварей, не жалко! — вклинился в обсуждение пислявый голоск расфуфыренной тётки в ласинах, которая до этого так сладко дремала на диване, что даже Бориска её не заметил.
— Тише, Миланочка, — осёк её высокий мужчина, который поприветствовал их ранее, — они же всётаки дети.
— Чего Вам надо?! — ощетинелся Бориска, при упоминании о социальной службе.
— В таком случае, позвольте представиться, — Дмитрий Жируков начальник отдела опеки и попечительства, это, — указал он рукой в сторону девахи, которая без стяснения схаркнула в сторону, — Миланочка, наш психолог...
Чуя неладное, Бориска попытался ретироваться из помещения, спиной отступая к проходу, но столкнулся с ещё одним человеком. В форме.
— Справа от вас наш уважаемый сотрудник ПДН — Хилый.
Хилый скромно качнул головой в знак приветствия, чем напоминил Борису дядю Сеню, в следствии чего в Борискином сознании пробудилось воспоминание...
— Сеня-сенсей! — вскрикнул Бориска, удерживая в руках спортивную сумку, забитую Семёновскими пожитками, — не бросайте меня!
Семён безвучно выматерился и затем вырвал сумку из рук ученика. Автобус до аэропорта вот-вот должен был отойти, а Бориска его задерживал.
— Пора мне... вернуться к корням...
— А как же я, — не удержал всхлипа Бориска, — я столькому ещё не научился...
Сеня закатил глаза и уже собирался послать Бориску открыто, но сдержался.
— Слишком долго скитался Учиховский клан, пора хотябы мне одному вернуться на родину, — Сеня уже шагнул на одну ступеньку в автобус, как Бориска потянул его за край куртки, — Востановить семейное древо там, иврит подучить, — понимая, что Бориска так просто не отступит, Сеня обереулся и пронизительно заглянул в глаза своему ученику, — Я научил тебя всему, что знал сам, а теперь пиздуй.
На этой ноте автобус тронулся и двери закрылись. С облегчением вздыхая и прижимая к груди сумку, в которой он с собой увозил весь общаг, Сеня наблюдал, как прибившийся к ним, после свадьбы Бориски с Яськой, Кеша, что был не иначе тем самым троюродным племянником Джеки Чана, по-отечески утешал Бориску. Сам не понимая от чего Семён полушёпотом запел:
— А я теряю корниииии и улетаю в небо.
— И чего вам надо то? — проглотив половину букв, выпытывал Бориска, озираясь.
Журиков тяжело вздохнул.
— Пришли мы сюда в поисках Кодлы, — начал пояснение Журиков.
— Твари этакой, мрази, клоуна в портянках! — вклинилась Милана.
— Тише, тише, Миланочка. Кх, в силу того, — продолжил Журиков, — что всплыли с его участием махинации с пособями. Но встреча с вами, Узумаки Бориска, порадовала нас не меньше.
— Чё эт? — прищурился Бориска одним глазом.
— Давно ты по нашим структурам проходишь — несовершеннолетний в розыске за самовольный уход, — мгновенно ответил Хилый.
Дело пахло кислыми щами — Кодла как назло открыл холодильник, а потому нужно было валить. Единственный проход был загорожен новыми людьми. Бориска в секунду старательно нахмурил брови, ибо вспомнил настовления сенсея: «в любой непонятной ситуации делай рожу кирпичём!».
— Эй, Кодла, как отсюда выйти?
— Не стоит так торопиться, Узумаки, сегодня же переведём вас в надзорное учреждение.
— Не понял?
— На полное гособеспечение.
Нет, ни в коем случае не посрамил бы Бориска честь каратисткую. Ещё чего не хватало.
— Э, вы чего?! Кодла, ёпта, помоги!
Но Кодла гаденько ускользнул в дверном проёме, на прощание показав язык.
— Вот паскуда!
В этот момент верная жаба в груди Бориски вновь запричитала:
— Бежааать, нам, Бориска отседова надо. А то глазом моргнуть не успеешь, как в бюджетники переведут. И будешь ты жить на одну зарплаааату!
— Нет! — решительно возразил на такой расклад Бориска, — У меня официально уже две жены, одна из которых хоть и гражданская, но отследить мой доход по справке из ндфл точно смогёт! И вообще — я не беспризорник, я — эмансипирован!
И обескуражив представителей закона новыми вводными, Бориска выскочил наружу.
***
— Что настоящий каратист должен сделать в своей жизни?
— Хм... Защитить родное село ценой своей жизни?
— Пф, бери выше! Настоящий каратист должен: построить дом, правда размеры не уточнялись, так что и скворечник сойдёт; вырастить сына, но не обязательно своего; и...
— И?
— И посадить дерево, что мы с тобой успешно и выполнили.
Бориска нахмурился.
— А разве мы дерево посадили не потому, что только что закопали выгребную яму, чтобы в будущем тут грядки не копать?
— Это нюансы, — отмахнулся Сеня, — Но сейчас, Бориска, я попрошу тебя о самом важном: пообещай в моё отсутвие продолжать ухаживать за эти деревом.
— Сеня-сенсей, обижаете.
Бориска облокотился на высохший сенсеевский тополь и безразлично уставился в небо. Денег не осталось даже на маршрутку, да и холодильник был пуст.
— Вытирать тебе сопли я не намерен. Где доля с выручки на общаг? — выйдя из уличного туалета заприметел Бориску деда Кеша.
Бориска печально вздохнул и прикрыл глаза.
— Передайте дяде Сени, что с деньгами ему придётся ещё немного подождать
***
Шуганный, разодрал глаза и сосредаточенно уставился на стоящих перед ним Квакина и Сарочку.
— Чего забыли? — прозевал он в кресле, с трудом просыпаясь.
— Мы, меж прочем, только что село от напасти приезжей защитили... — начал Квакин.
— Нам бы премию, — тут же добавила Сарочка.
Шуганный потянулся и, глянув в окно, охнул.
— А чего всё зелено то? Напасть дерьвя засадила?
— А, — Сарочка отмахнулась, — Это экоактивисты, у них сегдня была акция, — Так что там насчёт премии?
— Денег нет, у нас, это, всё на закупки там внезапно потратилось, в честь банкета съезда председателей. И вообще, идите-ка вы детки домой и приобщайтесь к волонтёрской деятельности на добровольной основе.
