Credo, quia verum

Один знакомый перед Новым годом сказал мне: «никогда не плачь из-за мужчин, пусть они плачут из-за тебя». Я тогда посмеялась, мне показалось это забавным. Но не могу сказать, что мне хотелось следовать этому совету. А он ведь плакал, мужчина, который старше меня, опытнее и сильнее. плакал. А я даже не понимала, что я опять сделала не так.

Кстати, и дневники я перестала вести из-за него. Не онлайн. Хотя и про это место я давно не вспоминала. Обычный блокнот, в который я вкладывала свою душу и мысли. У него были навязчивые идеи, что я ему изменяю, в то время как меня не привлекал никто другой. Моя жизнь была работа/дом/работа/. Когда я была в душе, он читал мои переписки, листал дневники. А у меня и мыслей не было скрывать что-либо. Я доверяла, ничего не удаляла, не прятала. Меня, видимо, так воспитали, что чужие вещи, даже вещи близкого человека, - это личное. И последней каплей стало то, что в субботу я опять увидела, как он шарится в моих диалогах. Психанула, раскричалась. Мне нечего скрывать, но это просто ножом по сердцу, когда твои личные границы так нагло нарушаются. Не могу больше такое терпеть. Все ещё Скучаю по нему прежнему. Переживаю. А к своему дневнику не могу притронуться, потому что не чувствую себя с ним наедине в безопасности. А я так долго учила себя быть искренней сама с собой на чертовой бумаге.

Мой бывший позавчера пытался покончить с собой. Отправил свою вскрытую руку с подписью «прости. Я ухожу». Не стоит отмечать, как мне стало плохо на работе, заперлась на кухне. Тряслись руки. Задыхалась от страха и слез. Он два дня до этого не выходил на связь с близкими, что его мать, не зная, что делать, нашла меня в вк, но никакой информации для неё у меня толком не было. Знала я лишь то, что он был у отца какое-то время. Дозвонилась подруге, порыдала ей в трубку, она как раз подсказала звонить его матери, говорить, что он сделал, у меня в тот момент мозг отключился, сама я даже не догадалась. Лишь хватило ума скриншот переписки скинуть с тем шикарным фото. Она узнала, что это её квартира и сказала, что заедет домой. Позже после моего звонка мать написала мне «не отвечай ему пока. Потом с тобой свяжусь».Он жив. Моя жизнь - театр, в которой стало слишком много драмы. Чувствую вину, хотя знаю, что это был шантаж, чтобы вывести всех на эмоции.