Право кроз ветар

Иван Турина был отличным вратарём и ещё более хорошим человеком. Он никогда и никого не оставлял равнодушным. Именно поэтому его оплакивает вся футбольная Швеция. Жизнь чемпионата Швеции стала намного беднее без гиганта из Загреба.



Я говорил с Иваном всего за пару дней до его смерти. У него были хорошие новости.

“Будущие топ-модели Тиа и Тара скоро получат братика или сестричку. Если у меня будет сын, то, возможно, это будет новый Златан!” - сказал Турина и засмеялся своим фирменным смехом. 

В этом был весь он. Двухметровый гигант с сердитым лицом и бритой головой, но мягкий, как плюшевый мишка. У него всегда в запасе была шутка.

Первый раз мне довелось пообщаться с ним в 2010 году, когда он только перешёл в АИК. Эта сделка обещала быть одной из лучших в истории клуба. Сейчас я смею утверждать, что она была одной из лучших в истории нашего чемпионата. Долгосрочный контракт он подписал без колебаний. 

То интервью я брал у него на пару с его другом и бывшим форвардом АИК Гораном Любоевичем. Я сразу отметил у Турины три вещи:

1. Его доброту;

2. Его хриплый, низкий голос;

3. Его железное рукопожатие. Это было всё равно, что опустить руку в лапу медведя.

Турина скромно говорил, что хочет стать основным вратарём “крысят”. Он быстро перерос роль ключевого игрока в клубе, став одним из лучших футболистов чемпионата. В то же время, он не отказывался от роли наставника для молодых Кваме Карикари и Мохаммеда Бангуры.

Турина был профессионалом до кончиков пальцев, предъявляя высокие требования не только к себе, но и к партнёрам. Он хорошо знал, когда есть место и время для шуток, а когда нужно серьёзно поработать. Благодаря этому профессионализму ему довелось поиграть с такими мастерами, как Роберт Левандовски и Лука Модрич. Но не как отличного вратаря я запомню его. Я запомню его отличным человеком. С большим, как футбольное поле, сердцем.

Иногда я мог позвонить ему, а он говорил, что сидит и ужинает с Модричем в Загребе. Иногда он мог сидеть в кафе l’angolo в Стокгольме и травить анекдоты. На фотографиях, оставшихся у меня, он стоит со Златаном Ибрагимовичем, с которым познакомился через общего друга Даниэля Майстровича. Иван был социальным гением. У многих с ним были особые отношения. Мы могли часами говорить о футболе, и в его присутствии невозможно было оставаться только профессионалом.

Вчера утром (2 мая - Прим.) я не хотел верить в то, что это правда, в то, что Иван мёртв. Писать о горе трудно, но ещё сложнее с ним смириться.

Мои мысли сейчас прежде всего обращены к его семье - беременной жене Сенке и дочкам-близняшкам. Однако на фоне общей скорби я бы хотел отметить - хотя все наверняка увидели - и одну прекрасную вещь, которая произошла в нашем футболе. Вчера мы объединились. Клубные цвета в этот день не имели никакого значения. Особенно этот факт подчёркивается тем, что на базе АИК лежат много шарфов “Юргордена” (принципиальнейший соперник для АИК - Прим.) среди моря цветов и чёрно-жёлтой атрибутики АИК. 

2 мая 2013 года я всю жизнь буду вспоминать с грустью. Но я также буду помнить, что шведский футбол показал себя в этот день с лучшей стороны. Это заставило меня гордиться.

Текст: Даниэль Кристоферссон, шведская газета Expressen.