Приезд столичного врача в их маленький забытый богом городок на самом краю света – событие немалое, привлекающее внимание. Вечно оставленные сами себе на попечение, местные жители привыкли во всем полагаться на знахарей. Настоящие доктора, если и добирались до города, то спешно старались покинуть его, выпросив себе другое назначение.
Слухи облетели каждый дом, и вскоре у всех на устах повторялось одно и то же: приезжает настоящий дохтур, из столицы! Будет лечить зарубежными порошками и прописывать мудреные рецепты, о которых никто тут не слыхивал. Привезет с собой книжки, где половина страниц на латыни, а другая вроде и на нашем, да всё равно едва понятна. Станет заменой Бураху-младшему с его травками и корешками.
От последнего утверждения Артемий только отмахивался. Какая же столичный врач замена? Куда его денут? Останется на прежнем месте, только, может, обязанностей станет поменьше, примет их на себя умный доктор. А то весь город приходилось на своих плечах нести, врачевать и резать как умеет, да как отец научил, а отца дед его. И образование у него вот тоже имеется, ну и пусть, что обучался при госпитале, а не в университете. Зато сразу практика к рукам, и умения. Даже обижала немного такая неблагодарность горожан. Разве плохо он им служил?
По широким степным просторам новый доктор добрался через несколько недель после уведомления. Не особо ему наверное и хотелось переводится сюда после столицы, как и всем его предшественникам. По привычке, видимо, одет он был в модный покрой, но первое впечатление производил совершенно обречённое и раздавленное. По причине ли перевода или той, что переводу предшествовала.
Нового врача, конечно, привели в ужас и настоечки и самопальные таблетки. Будто бы они к ним от хорошей жизни пришли, а не из нужды, которая неизбежно случалась в особенно удаленных участках Империи. Научились как могли, пожалуйте, убедитесь в действенности, мы здесь передовыми открытиями не балованные, что предки придумали, то по сей день используем. Помогает - и то благо. Впрочем, Даниил сопротивлялся местной медицине лишь по первости, а потом даже сам начал на бумажках прописывать, к всеобщему удивлению. Ждали доктора с чудесными порошками и каплями, а он им все то же, что и без него принимали. В общем случилось с горожанами некоторое разочарование. И очень зря, потому что умения Даниила Данковского Артемий, преисполнившись уважением, успел оценить на практике. И как они такого, с золотыми руками, сослали в подобную глушь? Истинное кощунство, вызванное, надо полагать, недоразумением.
Принимая народные средства как действенные, согласился Даниил и с приятной действенностью твирина, который они на пару пригубляли порой после особенно сложных случаев. Местные травы хорошо скручивали голову, тянули ее к земле, откуда выросли, тяжёлую, окутывая тело теплом как нагретой на солнце глиной. Как же тут спорить с тем, что твирин хорошее средство. Лучше вместо этого сделать ещё один добрый глоток.
За горячительным и разговорами складывалась в мутные очертания история Даниила. Путанная и спрятанная так глубоко, что даже водка на язык не вытянет. Что-то о лаборатории, о власть имущих, но, насколько могущественных, не ясно. Ясно только настолько, чтобы достаточно было и лабораторию его прикрыть и самого Даниила в дальний город сослать. Не удивительно, что по приезде он показался раздавленным. Тяжело совладать с подобной потерей. И, уверенный, что коллега держится молодцом даже в такой пренеприятнейшей ситуации, Артемий скорее механически поначалу отмечал недостачу морфия. Ну нет и нет его - разве был?
Но вскоре, ведя постоянный учёт по сложившейся во время одинокой практики привычке, он понимает - был. Был морфий. Все последние пациенты проходили у них без его инъекций. И он конечно же сразу делится этим с Данковским, ведь надо сыскать пропажу.
Ему тогда ещё невдомёк было подозревать, следить, проверять догадки. Он просто поделился общей бедой.
Только в том ли беда, что пропал морфий? Лучше бы он просто исчез, изничтожился из мира сам по себе. Потому что картина настоящей беды складывалась постепенно, приводя в ужас. Как? Он?.. Невозможно. Или же...
Сомнения гадким червяком точили изнутри, мучали. Но разве можно просто подойти к человеку, к коллеге, к врачу, которого уважаешь и в лоб спросить его: "Вы морфинист?". А червь все точит... Мучает... Вынуждает делать намеки, чтобы по реакции понять, угадать. И делается только хуже.
Что же вы наделали, Даниил Данковский.
kianamaiart
prguitarman
annaxmalina
snowghoul
stormborns
