bright night

я купила набор для выращивания лаванды.

может, вы тоже такой видели. просто милый запечатанный горшок с рисунками, лавандой в том числе.

а потом прихожу домой, распечатываю, достаю пакетик с грунтом, семена и инструкцию. 

оказывается, семена нужно посадить, полить и убрать в холодильник. на месяц-полтора. в моем случае можно и на месяц. это нужно для особого процесса, чтобы потом семена проросли.

и на этом месте я как-то села и расстроилась. ждать целый месяц, ну придумали. это еще дождаться!.. но что делать, посадила, полила, закрыла и убрала в холодильник. теперь надо ждать.

и после всего этого я задумалась: почему я вообще расстроилась хоть на секунду? в смысле, я же знала, что цветок не прорастет на следующий же день. я знала, что надо будет ждать, просто не так себе это представляла. что в этом такого? какая разница, если подождать придется немного по-другому, причем это никак не ухудшает ситуацию?

Аманда заперта.

Аманда заперта, и из-за этого ее дом горит, пока от него не останутся одни угли. Они неприятно дымят, от чего она жмурится и кашляет, прикрывая рот рукой. Она не сможет потушить огонь; по крайней мере, не сейчас.

Она резко вдыхает дым, проснувшись от кошмара посреди ночи, и бредет на кухню за водой в темноте. Уронив кружку, она громко выругается, но мысленно порадуется, что не разбила, и пойдет за шваброй. Возможно, будет ворчать себе под нос или напевать что-то. Люди, живущие одни достаточно долгое время, часто так делают.

Хотелось бы Аманде этого не знать. Или, по крайней мере, чтобы кроме этого бесполезного знания было что-то еще.

Ее маленькое растение, мирно проживавшее на подоконнике, заболевает примерно через две недели, как Тодд вообще его приносит (и где только взял?). Его листья чернеют постепенно, маленькими пятнышками, градиентом переходя из ярко-зеленого в коричнево-черный. Аманда старается не проводить мысленную параллель с витилиго, потому что это неправильно, — господи, ну какого черта, что за дурацкие ассоциации — но все равно ее проводит.

Витилиго — особое состояние кожи. У нее, Аманды, тоже особое состояние.

Ее разум колеблется между прозрачным нематериальным и плотным материальным, охватывая ее тело множеством липких прикосновений, пока она повисает в воздухе и пытается разобрать, какого черта происходит именно сейчас, в данный момент. Сознание утопает в сомнениях, и что-то в груди нервно и недовольно ворочается, как человек, которого будят ото сна, когда он на редкость хорошо устроился. Галлюцинации похожи на нечто призрачное, цепляющееся ее за руки и ноги удивительно крепкой хваткой, заставляющей лишиться дыхания. Аманда обнаруживает себя стоящей перед зеркалом уже десять минут и силой заставляет себя отвлечься, чтобы пересчитать какие-нибудь предметы (это успокаивает и напоминает, что это — настоящий мир, потому что во снах количество предметов всегда меняется), а потом полчаса подряд сидеть за барабанной установкой. Когда все более или менее стабильно — она не уверена; когда наступает очередной срыв — она ни на секунду не сомневается. Это еще одно знание, которое совершенно никак ей не помогает. Ей вообще мало что помогает, если честно.

— У меня сегодня был приступ, — говорит она в телефон Тодду, потому что больше ей рассказывать нечего. Либо это, либо «ничего нового». Ах да, еще был вариант «сегодня я опять ничего не делала, хотя могла бы потратить время на что-то полезное», но ей уже не восемнадцать, в конце-то концов.

Ответ «я снова поймала себя на том, что зависла на полчаса, смотря в пространство» как вариант не рассматривается и никогда не будет.

Тодд виновато говорит, что скоро как-нибудь заедет. Послезавтра. Или на следующей неделе, может.

Липкие прикосновения сомнения доходят до ее шеи, и Аманда идет умываться холодной водой, хотя ей ни капельки не жарко. В следующие пять минут ей даже начинает казаться, что она могла бы вписаться куда-нибудь и жить нормальной жизнью. Впрочем, что плохого в мечтательном самообмане, если он помогает времени идти, которое замедлилось настолько, что пять минут все чаще кажутся часом?

В углу большой комнаты завелся паук, тихо плетущий свою паутину. Аманда не решается его убивать, потому что он придает комнате хоть какое-то разнообразие. Она рассказывает Тодду, что придумала для паука имя, и брат смеется в ответ, но его смех звучит, как у человека, который не знает, что еще можно ответить, чтобы не сорваться.

Аманда прекрасно его понимает.

В один из дней, когда мысли утекают в русло самообмана чаще, чем обычно, Аманда ложится с ноутбуком и заглядывает в социальные сети. Сине-белое оформление заменено на что-то яркое и кричащее, временами начинает резать глаза, но Аманда говорит, что так и надо. В этом весь смысл.

Она включает музыку и касается клавиш пальцами с неоново-голубыми ногтями. Неделю назад они были черными. Аманда решается написать своей бывшей подруге, с которой давно перестала общаться, потому что самообман убрал крепкие пальцы сомнений с ее горла. Она чувствует, как все внутри нее кричит, что она наглая лгунья — и хотя это реальность, каждая деталь кажется фальшивой. 

Подруга, похоже, даже немного рада ее сообщениям. «Прости, я не смогу приехать, — отвечает она с множеством грустных эмоджи. И, через пару сообщений: — Да, точно». Проходит примерно час-полтора, наполненный фальшивыми историями искусственной жизни Аманды, и даже растение на окне с его полумертвыми листьями начинает выглядеть оптимистичнее, чем ее будущее. «Может, тогда ты приедешь к нам?»

Аманда извиняется, говорит, что ей надо идти и они поговорят в другой раз, и уходит на кухню за холодной банкой газировки. Из нее гораздо забавнее пить, чем из обычной бутылки или стакана. Это так, еще один бесполезный факт.

Жизнь напоминает непонятную густую мешанину из серого, черного и неоновых цветов, в которую кто-то еще забросил колючки, надолго застревающие в коже каждый раз, когда ты на них натыкаешься. Правда, Аманда с этим не смирится. В конце-то концов. Ей уже не восемнадцать.

Да, гораздо легче упасть в неоновые цвета, когда рядом кто-то близкий. И да, Аманда частично заперлась сама. И да, все еще бывают дни, когда она не понимает время как концепт, даже если бы это объяснял ей самый умный и терпеливый человек в мире. И да, ей безумно тяжело. У нее — особое состояние.

Но нет, она не собирается сдаваться.

Ее дом все еще горит.

— Просто постарайся пережить следующий день, — меланхолично заметил он, откусывая от ломтика пиццы, — и это будет большая победа для всех нас

///

dodie - absolutely smitten

dodie - sick of losing soulmates

walk the moon - shut up and dance

carly rae jepsen - your type

onerepublic - marching on

dodie - would you be so kind

paramore - the only exception

tegan and sara - boyfriend

echosmith - bright

irma thomas - anyone who knows what love is (will understand)

1d - what makes you beautiful

adele - send my love

the neighbourhood - sweater weather

courtney barnett - an illustration of loneliness

troye sivan - youth

tessa violet - not over you V

little mix - shout out to my ex

adele - to make you feel my love

dodie - a permanent hug from you V

rebecca sugar - love like you V

mariah carey - all i want for christmas is you

jessie j - flashlight

billy the kid & the southside - where we are

dodie - she

paramore - still into you

tegan and sara - stop desire

oh wonder - drive

paramore - adore

jason wade - you belong to me V

ellie goulding - love me like you do

paramore - (one of those) crazy girls

когда мне было лет пять, я без памяти полюбила свою маму. я восхищалась каждой чертой ее лица, мне постоянно хотелось заглядывать в ее глаза, трогать ее волосы и обнимать ее; она была мягкой, теплой и пахла чем-то до безумия приятным, и я то и дело бегала из одной комнаты в другую, чтобы убедиться, что она все еще рядом, все такая же идеальная. я возвращалась в другую комнату, садилась на кровать и сразу же осознавала, что хочу вернуться к ней; а каждый раз, когда я возвращалась к ней, мне хотелось как минимум поцеловать ее в щеку и сказать, что я люблю ее, потому что тогда мне казалось, что лучше нее никого не существует, и мне нужно было, чтобы она это знала, чтобы она убедилась в моем обожании снова и снова. и каждый раз, касаясь детской ладошкой ее теплой руки, я удивлялась тому, что она реальна.

Я подношу стрелку к крестику, и на экране появляется надпись «Удалить». Я нажимаю.

«Вы умертвили свое произведение быстрее, чем кто-либо из предыдущих испытуемых. Это рекорд», — замечает внутри меня маленькая Генетическая Форма Жизни и Дисковая Операционная Система.

— Ничего страшного, — говорю я. В смысле... никто же из-за этого не умрет, верно?

«Несмотря на то, что умерщвление является крайне болезненной процедурой, восемь из десяти лаборантов центра полагают, что рассказы вряд ли ощущают боль так же интенсивно, как люди», — замечает она.

И то верно. Почему мне вообще его жаль?

Но рука сама предательски тянется к другой кнопке. Восстанови. Быстрее, быстрее, давай. Лови шанс. Спаси, пока можешь.

«Не уничтожив произведение, вы не сможете продолжить испытание», — слышу я внутри.

Я вздыхаю и закрываю страницу. Прекрасно.

Забавно, как легко могут появляться и исчезать слова.

Э-эм. Да, не самое мое лучшее начало. Но...

В общем, вчера я обнаружила, что один рассказ, который мне реально нравился, удалили с ресурса. Или скрыли, не суть. Суть в том, что мне жизненно необходимо нужно было его прочитать. Не спрашивайте, почему я еще жива, это другая история. 

Короче. Как насчет нести какую-то реальную ответственность. За слова.

[НЕИЗВЕСТНЫЙ ПОСЕТИТЕЛЬ, СИДЯЩИЙ РЯДОМ С РАССКАЗЧИЦЕЙ: ...че.]

“Сегодня [9 февраля] во многих странах мира отмечается праздник под названием Марди Гра. Для тех, кто никогда не слышал про это, Марди Гра (Mardi Gras) — в дословном переводе с французского это звучное словосочетание означает «жирный вторник» или даже «скоромный вторник» (англ. Shrove Tuesday). Праздник отмечается во многих странах мира во вторник, перед Великим католическим Постом, предшествующим Пасхе. Задание номер 4 такое: написать историю про случай на карнавале/фестивале”.

(примечание: карнавалы/фестивали для меня неизменно ассоциируются с парками развлечений, лол :’D) ((верлибр-зарисовка; это читерство?))

Когда вспыхнет первый огонек, кто-то закричит это громкое “ура”,  и праздник начнется, как он начинался все эти годы, но что-то будет иным.

Все тем же останется вкус мороженого, а колесо обозрения все так же будет везти вас к небесам, но что-то будет совсем не таким. У тебя, например -- этот новый, оживший взгляд.

Сегодня мир вокруг нас будет жить точно вдвойне, поэтому вдохновись этой весной, забери ее с собой, положи ее в свою душу, потому что у тебя ее не было слишком долго.

Я буду напоминать тебе о твоей внутренней красоте, пока мы будем подниматься на том самом колесе обозрения, и буду много вспоминать, а позже замечу, что после долгого времени ты смеешься впервые.

И тогда твой внутренний огонь снова загорится самым ярким светом, который ослепит всех вокруг, и пока все будут восхищенно оглядываться, ты скажешь, что тебе не хватало этого чувства.

Ближе к вечеру мы уйдем с праздника, устав и захотев посмотреть на закат, и я буду рассказывать дурацкие истории, а ты вспомнишь свои, хотя мы и знаем друг друга уже кучу лет.

Прорвавшись на откровенность, мы решимся поговорить о чем-то важном, старом, но все еще не забытом. И если ты скажешь, что тебе до сих пор страшно, я сожму твою руку, чтобы поддержать тебя.

Эта АУ следует основному сюжету игры. Главное отличие — после войны монстры были отправлены в космос (в основном на Луну), а не в Подземелье. Суть различных прохождений (Пацифист, Нейтрал, Геноцид) остается той же.

* После смерти монстры становятся звездной пылью.

* Огонь Гриллби голубого, фиолетового и оранжевого цвета.

* В дизайне одежды всех персонажей появляется космический мотив.

* Гламбургеры называются “Галабургерами”.

* Если отказать Чаре в Геноциде, Фриск оказывается заточенным(ой) в черной дыре.

* Альфис — фанат аниме про космос. Также она любит научную фантастику, “Звездные Войны” и “Звездный Путь” (“Star Trek”).

* Во время своего путешествия Фриск посещает много планет.

* Если полежать на полу с Напстаблуком, можно увидеть обычную комнату.

* Души выглядят как сердца со звездами внутри.

* Все могут быстро перемещаться с планеты на планету (как в “Super Mario Galaxy”).

* Сноудин называется “Стардин”.

* Каждый персонаж является воплощением какой-то планеты либо звезды (например, Азгор — Солнце, Ториэль — Луна, Фриск — Земля).

* Больший и Меньший псы теперь зовутся “Большой Пес” и “Малый Пес” (это названия созвездий).

[под катом “официальные” арты создательницы АУ]

Вся суть в том, что персонажи меняются характерами друг с другом. Например, характеры Папируса и Санса меняются местами, проще говоря, теперь у Папируса характер Санса, а у Санса — Папируса.

Пары, меняющиеся характерами:

* Фриск и Чара; * Папирус и Санс; * Азгор и Ториэль; * Альфис и Андайн; * Меттатон и Напстаблук; * Азриэль и МонстрКид; * Бургерпэнтс и продавец Доброженого; * Флауи и Темми; * Маффет и Гриллби; * Брэтти & Кэтти и Королевские Стражники 01 & 02; * Гастер и Лодочник (River Person); * Мэд Дамми и Дамми из Руин.

* Есть две версии того, как создаются пейринги: либо так же, как в каноне (например, Санс и Ториэль), либо согласно новым характерам (например, Папирус и Азгор).

Информация о персонажах из “официального” блога АУ

* Санс    Веселый, азартный и любящий. Тренируется с Альфис, чтобы стать королевским стражником. Любит делать тако для всех своих друзей. Муа-ха-ха-ха!

* Папирус    Вальяжен и спокоен, любит розыгрыши. Ему нравится мед. Подрабатывает как продавец корн-догов.    [корн-дог — сосиска, которая покрывается толстым слоем теста из кукурузной муки и жарится в горячем масле.]

* Альфис    Капитан королевской стражи. Жестока и неумолима. Несмотря на это, ей нравится аниме. Также она помогает Сансу с готовкой.

* Андайн    Королевская ученая. Сдержанная и чокнутая (в хорошем смысле). Создала Напстабботу его тело. Ей нравится смотреть аниме/мультфильмы вместе с Альфис.

* Меттатон // Меттаблук    Маленький застенчивый призрак, живущий в Вотерфолле. Мечтает, что однажды станет телезвездой. Он был бы счастлив поделиться своей коллекцией мюзиклов с вами.

* Напстаблук // Напстабтон    Наиболее знаменитый радио-диджей в Подземелье. Харизматичен и мужественен (честно говоря, он немного придурок). Часто употребляет слово “бро”. Бросает вам вызов создать микс! 

* Ториэль    Королева Подземелья. Безжалостна и настойчива. Не может простить себя за то, что забрала жизни невинных детей. Она предложила бы вам кусочек пирога, но слишком удручена происходящим.

* Азгор    Бывший король Подземелья. Ушел от своей жены и стал жить в Руинах, где приветствует упавших людей с открытыми объятиями. Он заботливый и надежный. Предлагает вам хорошую чашечку чая.

* Маффет    Открыла свое мэйд-кафе. Уверена в себе, но иногда немного зазнается. Она продает круассаны и пончики.    [мэйд-кафе — кафе с официантками, одетыми и ведущими себя, как горничные]

* Гриллби    Защитник всех огоньков Подземелья! Сумасшедший и требовательный. Отдайте ему свои деньги и спасите огоньков, которые были заключены в Руинах веками!

* Бургерпэнтс    Добрый и дружелюбный, продает бургеры в своем передвижном ларьке. На обертках бургеров от руки написаны комплименты.

* Продавец Доброженого    Циничен и изрядно потрепан жизнью. Хотел быть диджеем, но в итоге работает в отеле НСБ и продает фастфуд. Он ненавидит своего босса.

[под катом “официальный” арт]

Первоначально был создан как дизайн, поэтому объяснения таким серьезным изменениям нет. Фактически, это просто идея Undertale наоборот. Некоторые идеи распространились так широко, что стали каноном этой АУ: например, Санс в этой вселенной волнуется и раздражается, когда кто-то пытается шутить/флиртовать с ним, а также любит горчицу; Папирус — холодная личность, не терпящая неудач (особенно со стороны своего брата).

* Авторы АУ написали, что каждый может интерпретировать эту вселенную как хочет, но основная идея та же: это “злодейская” АУ, поэтому персонажи должны кардинально измениться.

* Также авторы писали, что рейтинг должен оставаться на уровне PG-13 (то есть, 13+), и просили не создавать артов с порнографией или серьезным насилием. Но они есть...

* Порнографию по этой АУ можно найти под тегом #Undershag.

* Фриск и Флауи — пацифисты в “геноцидном” мире, пытающиеся подружиться с монстрами, которые хотят их убить.

* Санс спрашивает, хочет ли игрок “хорошо провести время”. [good time вместо bad time]

* Санс ненавидит признавать, что ему нравятся шутки, поэтому он сильно злится, когда кто-то видит, как он смеется.

* Санс не умеет достойно принимать комплименты и раздражается, когда кто-то пытается с ним флиртовать (и может даже сбежать, чтобы окончить подобный разговор).

* Папирус тоже не терпит, когда с ним флиртуют.

* Санс любит пить горчицу.

* Папирус весьма неумолимый, беспощадный и сильный персонаж.

* Папирус ненавидит, когда кто-то ленится.

* Санс наиболее быстро принимает игрока таким, какой он есть, хотя долго отрицает это.

* Если подружиться с Сансом, он будет защищать игрока. И очень агрессивно. (Он даже готов пойти против Папируса.)

* На самом деле Санс волнуется о Фриск(е).

* Фриск отказывается останавливаться и не пытаться дружить со всеми.

* У Гриллби есть два принятых дизайна: голубой и фиолетовый.

[”официальные” арты под катом]

1. Азриэль был влюблен в первого человека.

2. Андайн родилась в девяностые.

3. Азгор и Ториэль так и не сошлись обратно. В итоге Ториэль согласилась дружить с ним.

4. Со временем Бургерпэнтс стал знаменитостью С-типа, причем такой, которая особо не бывает в центре внимания. * знаменитость С-типа (c-list celebrity) — личность, которая знаменита по неизвестным причинам. то есть, никто не знает, почему они знамениты. некоторые из них даже не осознают до конца, что на самом деле они не так уж и известны. пример: Пэрис Хилтон, Джейд Гуди, Майкл Джордан

5. На самом деле Санс переехал в Сноудин в поисках Гастера и данных, собранных им. Папирус увязался за ним, потому что очень сильно любит своего брата.

6. Иногда Ториэль отправляет Фриск(у) мемы об улитках.

7. Ториэль все еще настаивает на том, что улитки могут заменить любую вещь.

8. Ториэль и Санс быстро стали друзьями и помогали растить Фриск(а). Позже они полюбили друг друга, из-за чего Азгор пришел в уныние.

9. Азриэль — мастер в улиточных гонках.

10. Меттатон ведет двойную жизнь как рок-звезда в теле ЕХ.

Никто не знает, как именно появились Темми. Это является одной из самых больших тайн в нашей истории.

...Впрочем, я, Летописец, кое-что да знаю.

Они пришли неожиданно и успели изменить некоторую часть нашего мира. Почему “некоторую”? Ну, все относительно. В любом случае, мы не должны уходить от главной нити этой истории. Так начнем же. Глава 1: НАЧАЛО

Итак, как известно, в одной из частей громадного подземелья (а именно -- в громадной пещере, освещаемой неоновыми лампами и кристаллами разных цветов) можно застать особые собрания, проходящие в назначенный день ровно в полночь. Тогда все должно было идти своим чередом. Участники собрания активно готовились и собирали необходимые вещи, дабы показать всю свою преданность и признательность местному управляющему. По неизвестным Летописцу причинам, в ту ночь они решили начать за полчаса раньше, чем обычно. 

И тогда появились они. Темми.

Они пришли в пещеру, словно были ее жителями все это время. Они вели себя достаточно дружелюбно и, как бы удивительно это ни было, адекватно. Они разговаривали так же, как и все интеллигентные люди. Они много шутили и ощущали, что здесь им очень комфортно.

Вдруг... они увидели нечто интересное.

Почему-то до этого Темми друг друга не замечали. Возможно, виной тому были их обычная легкая рассеянность и ветреное отношение ко всему происходящему вокруг. Отметив присутствие существ, похожих на них самих, Темми заинтересованно принялись рассуждать о судьбе и неоновых лампах. Никто не мешал и не препятствовал им, осознавая, что некоторые события были предначертаны кем-то свыше.

xx

Мы одновременно поднимаем взгляд, и я начинаю неловко смеяться, когда это происходит. Ты говоришь, что я слишком реально смеюсь для нереального человека.

Что я могу сказать в ответ? Я реальна, но каждый раз ты смотришь на меня, точно на призрака, который посмел вырваться из когтей смерти только для того, чтобы подразнить тебя.

Ты говоришь: «Откуда мне знать, что ты не являешься моим воображением?» Я не знаю. У меня никогда нет ответов на твои вопросы. Я продолжаю смеяться, пожимая плечами.

«Может, выдумана не я, выдуман ты». «Тогда у тебя чертовски хорошее воображение».

Каждый из нас не похож на выдумку, мы оба слишком неидеальны, чтобы быть чьей-то мечтой: слишком злопамятны, слишком эгоистичны, слишком много деталей в наших биографиях.

Я не могу вспомнить, в какой раз по счету мы сидим и спорим, кто из нас нереален. Почему-то варианта, что мы оба реальны, не предполагает никто. Может, это к лучшему?

Мы собираемся не спать еще одну ночь, на нашем общем небе, как обычно, падают звезды, мы хотим продолжать спорить, доказывая друг другу, кто из нас больше неправильный. «Ты же остаешься на ночь?». «Конечно, не собираюсь же я раствориться в воздухе».

Когда падает очередная звезда, я ради забавы загадываю, чтобы наш бессмысленный спор прекратился. Возможно, если бы я рассказала тебе о своих намерениях, ничего бы не случилось.

Но вот оно, происходит: я вижу, как на мгновение все вокруг меня вспыхивает яркими красками, а после медленно чернеет, и я пугаюсь, я говорю, что что-то не то, а ты кричишь, говоришь, что все будет хорошо.

Я ясно вижу ужас в твоих глазах, я прошу рассказать то, что ты видишь, но уже в состоянии увидеть сама: я растворяюсь, и никто из нас ничего не может сделать. Я становлюсь тем призраком, которым раньше лишь казалась.

«Что ты делаешь? Останови это!» «Я не могу. Прости. Похоже, выдумкой оказалась я».

Короче, время кулсторей

[Сижу я, никого не трогаю. Дело обстоит ночью. Около трех часов. У меня открыто окно.]

Я услышала, как кто-то скромно зашаркал по пандусу. Остановился. Снова зашаркал. Я не обратила внимания.

— Коля-а-а, — негромко и скромно позвали на улице хрипловатым голосом. — Коль. Ну Коля-а-а.

Я тихонько заржала. Закрывать окно все еще не хотелось, так что я напечатала сообщение про то, что у меня под окном шатается какой-то мужик. которому надо Колю. И забыла.

Через некоторое время он снова звал Колю. Коля игнорировал и явно кидал обидку.

Потом вышла девушка. Я не слышала, о чем она говорила с тем отчаянным, но только подумала, хихикнув: «Ну вы еще потрахайтесь тут».

Что я могу сказать? Я долбаная Ванга.

Когда раздался первый женский стон, я вздрогнула и прислушалась. За ним последовало еще несколько тихих, но очень чувственных. Как истинный человек двадцать первого века и вообще поклонник Ирки из МБ, я схватилась за ноут и напечатала, как все плохо. Андрей посоветовал взять телефон. Вполне естественная мысль. Девушка/женщина/КОЛЯ???????? все еще продолжала ахать, и я рванула к розетке, где заряжался мой телефон.

Согласно закону Мерфи, если что-то может пойти неправильно, оно пойдет. Закон Мерфи не подвел. Телефон нашел самый неудачный момент для своих капризов, и камера включилась не сразу. Разумеется, я не полезла в окно ради бесплатного порно, но просто включила запись, чтобы было хоть что-то. К несчастью, к тому времени на улице что-то произошло, и шоу затихло.

Посетовав на неудачу в лс, я отправилась на балкон, шлепая голыми ногами на балкон. Кое-как открыв окно, я услышала только лай уличных собак. Пара (ну, предположительно, пара) скрылась, не оставив после себя никаких сувениров, а жаль.

[я прочитала прекрасный верлибр и тоже хочу попробовать]

хх

Вы знаете, что такое депрессия? Это человек, который входит в светлую комнату, но не видит ничего, кроме темноты. Ты смотришь на яркое небо, но оно тускнеет, и ты спрашиваешь себя: «А стоит ли мне продолжать жить?»

Ты чувствуешь себя одиноко, даже когда идешь среди этой толпы людей, проглатывающей тебя, точно хищник — жертву, даже когда ты говоришь с кем-то, и ты спрашиваешь себя: «А стоит ли мне продолжать жить?»

Ночь так темна, и она сжимает тебя в своих крепких объятиях, говорит, что никто не узнает про то, как ты плачешь, сворачиваясь под одеялом грустным калачиком, и ты спрашиваешь себя: «А стоит ли мне продолжать жить?»

Кто-то спрашивает, как твои дела, и ты на автомате отвечаешь, что все нормально, но твое испуганное лицо, твои мешки под глазами говорят об обратном. Это — новое «нормально».

Еще новое «нормально» означает то, что ты придешь домой и упадешь на кровать, желая развидеть этот чертов серый, не зная, как остановить тот процесс, который ты запускаешь самостоятельно.

Тело ничего не чувствует, хотя хотелось бы, каждое утро одинаково и серо, у тебя опускаются руки, ты устаешь от всего, и, наверное, этот мир слишком утомительный, чтобы в нем жить.

— Погоди минуту. Ты ревнуешь?

Ли произнес эту догадку вслух и рассмеялся. Впрочем, смех он быстро подавил, заметив смущенное лицо Карли.

— Вовсе нет! — возмущенно воскликнула она. — Ну, только не обижайся, — попросил Ли, коснувшись ее руки.

Карли фыркнула — так громко и насмешливо, что Ли показалось, будто сейчас кто-нибудь выйдет из своего номера и попросит их двоих заткнуться, потому что какими бы интересными не были их разговоры, людям хочется спать.

Это было время обычного дежурства. Они сидели на диване, хотя, конечно, дежурный должен был наблюдать за ситуацией на высоком стуле. Но ночь была такой спокойной, что сегодня разрешалось нарушать правила.

— Не обижаюсь я, — успокоила его Карли. — Но ты тоже бред всякий не неси. — А ты запрещаешь? — Ну нет. Я еще не стала такой стервой, как Лилли...

Карли осеклась, осознав, что ляпнула, и утихла.

— Я не скажу ей, — заверил Ли.

Она не ответила.

Та ночь была слишком красивой, чтобы мирно спать в своих кроватях. Черное небо, кажется, было совсем низко, а звезды весело блестели, словно забыв, в какое дерьмо вляпалось человечество.

— Понимаешь, — наконец заговорила Карли, — я не хочу говорить о ней плохо. У нее есть полное право быть стервой. Я бы сошла с ума, если бы была на ее месте. Но мне повезло немного больше... наверное.

Ли вздохнул и обнял ее за плечи, а она, помедлив, положила голову на его руку.

— Ты жива, абсолютно здорова и смотришь на самую красивую ночь в этом месяце. Тебе точно повезло. — Действительно, мистер Романтик, ты прав, — засмеялась Карли. — Насчет Лилли: я просто не хочу, чтобы ты считал меня лицемеркой, — добавила она. — Я и не считаю. — Ну да, как же. Плохо отзываюсь о человеке, с которым буду мило разговаривать днем. — Не ищи проблем там, где их нет. Между прочим, я не совсем думаю о тебе плохо, — улыбнулся Ли. — И вообще, я пытался узнать, с чего это ты так расспрашиваешь меня о Лилли. — Интересно. Может, вы там роман крутите. — По-моему, ты все же ревнуешь, — шутливо заметил Ли.

Карли раздраженно выбралась из-под его руки, которая так уютно лежала на ней всего секунду назад, и встала с дивана, отойдя на несколько шагов.

— Ты что, думаешь, что весь мир вертится вокруг тебя? — вспылив, выдала она на одном дыхании. — Я всего лишь пошутил, — попытался оправдаться Ли. — Я не знал, что ты не одобришь.

Карли стояла спиной к нему, и он отчаянно пытался понять, о чем она сейчас думает, взволнованный таким поворотом их разговора.

— Я просто хотела, чтобы ты был осторожным с ней, если вы и правда... ну, ты понял, — уже заметно остыв, сказала она.

Ли хмыкнул, принимая эту информацию к сведению, и потер уставшие глаза. — Между нами ничего нет. — Ну и да, я все же ревную.

Эти две фразы были произнесены одновременно, и Ли решил, что ему только показалось. С трудом находя слова, он осторожно спросил:

— Прости, что ты сейчас сказала? — А ты смеяться надумал? — Карли развернулась к нему, оценивая его выражение лица.

Ли все еще переваривал ее слова и не представлял, что ему следует сказать в такой ситуации. Карли рассмеялась, наблюдая за его замешательством, и вернулась на диван, стянув с себя обувь и поджав ноги под себя.

— Ну да, ревную. Совсем немножко, — без стеснения продолжала она, глядя на его смущенное лицо. — Очень... мило с твоей стороны, — выдал он. — Обращайся.

Не зная, что сказать, Карли принялась проверять свой пистолет, а Ли просто уставился на небо.

— Я тоже тебя иногда ревную, — признался он, разглядывая одну из звезд. — Мне приятно. Спасибо, Ли. — Может, нам стоит уже перейти эту стадию неловкого флирта?

Вместо ответа Карли подвинулась к нему и чмокнула в щеку.

— Только если ты останешься таким же романтиком.