Не исчезай.

Выдыхаю усталость. Считаю до ста.

Пусть однажды крылатый небесный кассир

Всем стреляющим в спину предъявит счета.

Я теперь никого не пытаюсь менять,

Каждый вправе жить так, как угодно ему.

Кто-то создан обманывать и разрушать,

Кто-то призван вести через холод и тьму.

Мир хорош тем, что в нём существует любовь,

Золотистый восход. Из цветов ассорти.

Шепчет день: "В мыслях горя себе не готовь,

В ком есть свет, тот везде его сможет найти".

Изменилась. Не ною. И чуда не жду.

Вижу проблески. Делаю то, что должна.

Мне бы только выращивать розы в саду,

И алмазные звёзды считать допоздна.

Мир на нитке висит, покосившийся весь,

Может, завтра сорвётся под грузом обид,

Но пока в людях что-то хорошее есть,

Всё же хочется верить, что он устоит.

заскрипели костры пламенеющих кровью небес.

я рисую себя. и поспешно зеркалится мир мне,

отражая искусство под тенью забытых чудес.

этот хаос ведёт через пропасти, бури, барьеры,

что растут непрерывно в моей суетной голове.

и во взгляде моём улыбается прошлому вера,

всё сжигая и зная, что в будущем есть только свет.

я рисую себя. И в безумии краски тускнеют.

слишком мало живого привносит худая душа.

догорает закат. И встречает меня в эмпиреи

бесконечность судьбы - мой последний бессмысленный шаг.

разлетается всё и в палитре остаться едва ли

суждено вдохновению - мёртвому солнцу зимы.

кем я был без тебя, кем в итоге с тобою мы стали?

я под сердцем ношу и храню сокровенное "мы".

это просто игра, где я снова себе проиграю.

пусть опять обещаю ценить и любить себя впредь.

без надежды скитаясь, ищу хлипкий мостик у края...

я рисую себя,

ненавидя

свой

а если нет – тогда, других целуя, –

ты вспоминай, родная, как ценю‌ я

манящие миры в твоих глазах.

как обожаю золото волос,

спадающих на тонкие ключицы; –

и мне плевать, что в будущем случится,

и мне плевать, что в прошлом не сбылось:

когда есть ты, всё это – пустяки.

вот потому-то, фатуму переча, –

прошу, – не забывай о наших встречах,

на коих я читал тебе стихи

и пальцы, как железный карабин,

соединяли раненые души;

а если я тебе уже не нужен, –

таблетку от души.

Чтобы полчаса - и отболело,

Когда мысли,

Как карандаши,

Болью разрисовывают тело.

Я вам непременно заплачу.

Знаю, что не лечат

за бесплатно.

Просто не хочу идти к врачу.

Приходилось быть там

многократно.

Мне твердили:

"Вы же не больны.

Всё на месте,

Руки, ноги целы."

Но молили о пощаде сны

У тревожной ночи

Под прицелом.

В лабиринте

Пройденных дорог

Одолела серая усталость.

Каждый день

Свой приносил урок,

Но так много в жизни растерялось.

Мы не замечаем,

Мы спешим,

Забывая жизнью

Наслаждаться.

Дайте мне таблетку

Для души,

Чтобы все пройти

(с) Рэй Бpэдбepи

что сердце

сплющено в

груди.

(с) Роберт Рождественский

разлюбил и любимых, и муз.

с каждым новым ударом под дых,

извергал больше яда из уст.

облачив все стихи в ремесло,

я отринул надежды сиять.

и спустя столько лет я не смог

перестать ненавидеть себя.

и успел заехать в Ливан.

я бывал в Сен-Луи,

у обрыва Земли,

но меня, дурака,

провели.

кто же знал, что касаньем руки, моим миром будешь лишь ты?

таких решений, что с плеча рубя.

но лучше уж ломать себе конечности,