#pavlovs

http://civilization-history.ru/post/147044671706

В сентябре 42-го на улицах и площадях центральной и северной части Сталинграда разгорелись ожесточенные бои. “Бой в городе - это особый бой. Тут решает вопрос не сила, а умение, сноровка, изворотливость и внезапность. Городские постройки, как волнорезы, разрезали боевые порядки наступающего противника и направляли его силы вдоль улиц. Поэтому мы крепко держались за особо прочные постройки, создавали в них немногочисленные гарнизоны, способные в случае окружения вести круговую оборону. Особо прочные здания помогли нам создать опорные пункты, из которых защитники города косили наступающих фашистов огнем пулеметов и автоматов”, - отмечал позднее командующий легендарной 62-й армией генерал Василий Чуйков.

Беспримерная в мировой истории по масштабам и ожесточенности Сталинградская битва, ставшая поворотным пунктом в ходе всейВторой мировой войны, победоносно завершилось 2 февраля 1943 года. Но уличные бои шли в Сталинграде вплоть до окончания сражения на берегах Волги.

Одним из опорных пунктов, о важности которых говорил командарм-62, стал легендарный Дом Павлова. Его торцевая стена выходила на площадь имени 9 января (впоследствии площадь Ленина). На этом рубеже действовал 42-й полк 13-й гвардейской стрелковой дивизии, которая влилась в состав 62-й армии в сентябре 1942 года (комдив генерал Александр Родимцев). Дом занимал важное место в системе обороны гвардейцев Родимцева на подступах к Волге. Он представлял собой четырехэтажное кирпичное здание. Однако у него было очень важное тактическое преимущество: оттуда контролировалась вся окружающая местность. Можно было наблюдать и обстреливать занятую к тому времени противником часть города: на запад до 1 км, а на север и юг - и того больше. Но главное - отсюда просматривались пути возможного прорыва немцев к Волге: до нее было рукой подать. Напряженные бои здесь продолжались более двух месяцев.

Тактическое значение дома верно оценил командир 42-го гвардейского стрелкового полка полковник Иван Елин. Он приказал командиру 3-го стрелкового батальона капитану Алексею Жукову захватить дом и преобразовать его в опорный пункт. 20 сентября 1942 год туда пробились бойцы отделения во главе с сержантом Яковом Павловым. А на третьи сутки подоспело подкрепление: пулеметный взвод лейтенанта Ивана Афанасьева (семь человек с одним станковым пулеметом), группа бронебойщиков старшего сержанта Андрея Собгайды (шесть человек с тремя противотанковыми ружьями), четверо минометчиков с двумя минометами под командованием лейтенанта Алексея Чернышенко и 3 автоматчика. Командиром этой группы был назначен лейтенант Иван Афанасьев.

Гитлеровцы почти все время вели по дому массированный артиллерийский и минометный обстрел, наносили по нему удары с воздуха, непрерывно атаковали. Но гарнизон “крепости” - так был помечен дом Павлова на штабной карте командующего 6-й германской армией Паулюса - умело подготовил его к круговой обороне. Бойцы вели огонь из разных мест через амбразуры, пробитые в заложенных кирпичом окнах и пробоины в стенах. Когда противник пытался приблизиться к зданию, его встречал плотный пулеметный огонь со всех огневых точек. Гарнизон стойко отражал вражеские атаки и наносил гитлеровцам ощутимые потери. А главное - в оперативно-тактическом плане защитники дома не позволяли врагу прорваться к Волге на этом участке.

При этом лейтенанты Афанасьев, Чернышенко и сержант Павлов наладили огневое взаимодействие с опорными пунктами в соседних зданиях - в доме, который защищали бойцы лейтенанта Николая Заболотного, и в здании мельницы, где находился командный пункт 42-го стрелкового полка. Взаимодействию способствовало то, что на третьем этаже дома Павлова был оборудован наблюдательный пункт, который гитлеровцы так и не смогли подавить. “Небольшая группа, обороняя 1 дом, уничтожила вражеских солдат больше, чем гитлеровцы потеряли при взятии Парижа”, - отмечал командарм-62 Василий Чуйков.

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ ОТРЯД ЗАЩИТНИКОВ

Дом Павлова защищали бойцы разных национальностей - русские Павлов, Александров и Афанасьев, украинцы Собгайда и Глущенко, грузины Мосиашвили и Степаношвили, узбек Турганов, казах Мурзаев, абхаз Сухба, таджик Турдыев, татарин Ромазанов. По официальным данным - 24 бойца. А реально - до 30. Кто-то выбывал по ранению, кто-то погибал, но им приходила замена. Так или иначе свое 25-летие сержант Павлов (он родился 17 октября 1917 года на Валдае, в Новгородской области) встретил в стенах “своего” дома вместе с боевыми друзья. Правда, об этом нигде ничего не написано, а сам Яков Федотович и его боевые друзья на сей счет предпочитали отмалчиваться.

В результате беспрерывных артобстрелов здание было серьезно повреждено. Одна торцевая стена почти полностью оказалась разрушенной. Во избежание потерь от завалов часть огневых средств по распоряжению командира полка была вынесена за пределы здания. Но защитники Дома сержанта Павлова, Дома лейтенанта Заболотного и мельницы, превращенные в опорные пункты, продолжали стойко держать оборону, несмотря на ожесточенные атаки противника.

Нельзя не спросить: как однополчане сержанта Павлова не только смогли выжить в огненном аду, но и эффективно обороняться? Во-первых, не только лейтенант Афанасьев, но и сержант Павлов были опытными бойцами. В Красной Армии Яков Павлов с 1938 года, а это срок солидный. До Сталинграда он был командиром пулеметного отделения, наводчиком орудия. Так что опыта ему не занимать. Во-вторых, бойцам очень помогли оборудованные ими запасные позиции. Перед домом находился зацементированный склад горючего, к нему прорыли подземный ход. А метрах в 30 от дома был люк водопроводного туннеля, к которому тоже был проделан подземный ход. По нему к защитникам дома поступали боеприпасы и скудные запасы продуктов.

При артобстрелах все, кроме наблюдателей и боевого охранения, спускались в убежища. В том числе и находившиеся в подвалах мирные жители, которых по разным причинам не могли сразу эвакуировать. Прекращался обстрел, и весь немногочисленный гарнизон снова был на своих позициях в доме, снова вел огонь по врагу.

58 дней и ночей держал оборону гарнизон дома. Бойцы покинули его 24 ноября, когда полк вместе с другими частями перешел в контрнаступление. Все они были удостоены правительственных наград. А сержанту Павлову было присвоено звание Героя Советского Союза. Правда, уже после войны - Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года - после того, как он к тому времени вступил в партию.

http://civilization-history.ru

В сентябре 42-го на улицах и площадях центральной и северной части Сталинграда разгорелись ожесточенные бои. "Бой в городе - это особый бой. Тут решает вопрос не сила, а умение, сноровка, изворотливость и внезапность. Городские постройки, как волнорезы, разрезали боевые порядки наступающего противника и направляли его силы вдоль улиц. Поэтому мы крепко держались за особо прочные постройки, создавали в них немногочисленные гарнизоны, способные в случае окружения вести круговую оборону. Особо прочные здания помогли нам создать опорные пункты, из которых защитники города косили наступающих фашистов огнем пулеметов и автоматов", - отмечал позднее командующий легендарной 62-й армией генерал Василий Чуйков.

Беспримерная в мировой истории по масштабам и ожесточенности Сталинградская битва, ставшая поворотным пунктом в ходе всейВторой мировой войны, победоносно завершилось 2 февраля 1943 года. Но уличные бои шли в Сталинграде вплоть до окончания сражения на берегах Волги.

Одним из опорных пунктов, о важности которых говорил командарм-62, стал легендарный Дом Павлова. Его торцевая стена выходила на площадь имени 9 января (впоследствии площадь Ленина). На этом рубеже действовал 42-й полк 13-й гвардейской стрелковой дивизии, которая влилась в состав 62-й армии в сентябре 1942 года (комдив генерал Александр Родимцев). Дом занимал важное место в системе обороны гвардейцев Родимцева на подступах к Волге. Он представлял собой четырехэтажное кирпичное здание. Однако у него было очень важное тактическое преимущество: оттуда контролировалась вся окружающая местность. Можно было наблюдать и обстреливать занятую к тому времени противником часть города: на запад до 1 км, а на север и юг - и того больше. Но главное - отсюда просматривались пути возможного прорыва немцев к Волге: до нее было рукой подать. Напряженные бои здесь продолжались более двух месяцев.

Тактическое значение дома верно оценил командир 42-го гвардейского стрелкового полка полковник Иван Елин. Он приказал командиру 3-го стрелкового батальона капитану Алексею Жукову захватить дом и преобразовать его в опорный пункт. 20 сентября 1942 год туда пробились бойцы отделения во главе с сержантом Яковом Павловым. А на третьи сутки подоспело подкрепление: пулеметный взвод лейтенанта Ивана Афанасьева (семь человек с одним станковым пулеметом), группа бронебойщиков старшего сержанта Андрея Собгайды (шесть человек с тремя противотанковыми ружьями), четверо минометчиков с двумя минометами под командованием лейтенанта Алексея Чернышенко и 3 автоматчика. Командиром этой группы был назначен лейтенант Иван Афанасьев.

Гитлеровцы почти все время вели по дому массированный артиллерийский и минометный обстрел, наносили по нему удары с воздуха, непрерывно атаковали. Но гарнизон "крепости" - так был помечен дом Павлова на штабной карте командующего 6-й германской армией Паулюса - умело подготовил его к круговой обороне. Бойцы вели огонь из разных мест через амбразуры, пробитые в заложенных кирпичом окнах и пробоины в стенах. Когда противник пытался приблизиться к зданию, его встречал плотный пулеметный огонь со всех огневых точек. Гарнизон стойко отражал вражеские атаки и наносил гитлеровцам ощутимые потери. А главное - в оперативно-тактическом плане защитники дома не позволяли врагу прорваться к Волге на этом участке.

При этом лейтенанты Афанасьев, Чернышенко и сержант Павлов наладили огневое взаимодействие с опорными пунктами в соседних зданиях - в доме, который защищали бойцы лейтенанта Николая Заболотного, и в здании мельницы, где находился командный пункт 42-го стрелкового полка. Взаимодействию способствовало то, что на третьем этаже дома Павлова был оборудован наблюдательный пункт, который гитлеровцы так и не смогли подавить. "Небольшая группа, обороняя 1 дом, уничтожила вражеских солдат больше, чем гитлеровцы потеряли при взятии Парижа", - отмечал командарм-62 Василий Чуйков.

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ ОТРЯД ЗАЩИТНИКОВ

Дом Павлова защищали бойцы разных национальностей - русские Павлов, Александров и Афанасьев, украинцы Собгайда и Глущенко, грузины Мосиашвили и Степаношвили, узбек Турганов, казах Мурзаев, абхаз Сухба, таджик Турдыев, татарин Ромазанов. По официальным данным - 24 бойца. А реально - до 30. Кто-то выбывал по ранению, кто-то погибал, но им приходила замена. Так или иначе свое 25-летие сержант Павлов (он родился 17 октября 1917 года на Валдае, в Новгородской области) встретил в стенах "своего" дома вместе с боевыми друзья. Правда, об этом нигде ничего не написано, а сам Яков Федотович и его боевые друзья на сей счет предпочитали отмалчиваться.

В результате беспрерывных артобстрелов здание было серьезно повреждено. Одна торцевая стена почти полностью оказалась разрушенной. Во избежание потерь от завалов часть огневых средств по распоряжению командира полка была вынесена за пределы здания. Но защитники Дома сержанта Павлова, Дома лейтенанта Заболотного и мельницы, превращенные в опорные пункты, продолжали стойко держать оборону, несмотря на ожесточенные атаки противника.

Нельзя не спросить: как однополчане сержанта Павлова не только смогли выжить в огненном аду, но и эффективно обороняться? Во-первых, не только лейтенант Афанасьев, но и сержант Павлов были опытными бойцами. В Красной Армии Яков Павлов с 1938 года, а это срок солидный. До Сталинграда он был командиром пулеметного отделения, наводчиком орудия. Так что опыта ему не занимать. Во-вторых, бойцам очень помогли оборудованные ими запасные позиции. Перед домом находился зацементированный склад горючего, к нему прорыли подземный ход. А метрах в 30 от дома был люк водопроводного туннеля, к которому тоже был проделан подземный ход. По нему к защитникам дома поступали боеприпасы и скудные запасы продуктов.

При артобстрелах все, кроме наблюдателей и боевого охранения, спускались в убежища. В том числе и находившиеся в подвалах мирные жители, которых по разным причинам не могли сразу эвакуировать. Прекращался обстрел, и весь немногочисленный гарнизон снова был на своих позициях в доме, снова вел огонь по врагу.

58 дней и ночей держал оборону гарнизон дома. Бойцы покинули его 24 ноября, когда полк вместе с другими частями перешел в контрнаступление. Все они были удостоены правительственных наград. А сержанту Павлову было присвоено звание Героя Советского Союза. Правда, уже после войны - Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года - после того, как он к тому времени вступил в партию.