Scene from film "Zamiast" dir.Bartosz Brzeziński, Poland, Warsaw. Original Motion Pictures Soundtrack by. Alexei De Bronhe
alexeidebronhe.com/portfolio [email protected]
= Сочинение Музыки для Кино Сцены. Аналитика и разбор. =
Точное попадание музыки, её деликатное иллюстрирование того, что происходит в кадре фильма и дополнение чувственных эмоций и объёма, напрямую зависит от того, что я, как композитор увижу в материале. Поэтому главное условие, как и всегда, это возможность увидеть черновой (лучше финальный) монтаж фильма. Чем завершённее и определённее будет монтаж, тем глубже и точнее попадёт музыка в кино-ткань.
Из всего фильма, для которого мне посчастливилось написать саундтрек, я выбрал и представил данный эпизод, поскольку он наиболее интересный и сложный по эмоциональному накалу и внутренней экспрессии. Там есть структура и некие хитрые механизмы, о которых мы и поговорим.
Пришлось подходить очень аккуратно, в тонких оттенках и постельных тонах импрессионизма. Сцена весьма контрастная. За внешней грубостью её скрываются весьма хрупкие и ранимые образы. Эту уязвимость, слом и потерянность я попытался выразить сделав контрапункт, который дополняет внутренние эмоции героев. Разработав и определив главный лейтмотив сцены, я решил в нём выразить тему изолированного, маленького, сломленного, "испачканного судьбой" человека, но живого и трогательного. Тема, которая на протяжении всей сцены разрабатывается. Это фундамент, без которого любые потуги тщетны и в конце пути ваше сочинение просто как замок из песка развалится. Тема - это эмоциональный стержень, готовый в опытных руках трансформироваться по велению взмаха волшебной палочки мастера.
Но что бы это сработало, на контрапункте я написал в эпизоде-интерлюдии, которой открывается сцена, обманный манёвр. Используя джазовые намёки, небрежные квази-импровизационные мелизмы электро пиано, салонную атмосферу лаунж бара, сделать её намеренно вульгарной по началу, в чём помогает тембр саксофона. За городское пространство отвечает довольно широкий ревербератор и эхо, тем самым мы создаём эффект подсознательного масштабирования персонажей: они маленькие, город - большой, как некая неодушевлённая третья незримая сила, враждебная среда. К этому коктейлю добавляем еле слышные свингующие эйсид-джазовые ритмы, которые конечно мне было интересно сыграть в ручную. Спустя несколько звеньев тактов, нескольких запутывающих остановок уводящих сцену и пульсирующего фортепианного бисера на верхнем регистре мы вырисовываем ядро нашего лейтмотива, который уже ставит под сомнение дальнейшее развитие действия в кадре.
Далее мы сменяем тональность, и тот же главный лейтмотив хрупкости уже наивно, но уверенно заявляет о себе, пробиваясь словно лучики света в сердцах персонажей и договаривая то, что не в силах каждый из них сказать в слух. Ведь у каждого из них "своя" история, времени мало, а сжато это информацию могут донести только эмоции. Верхний регистр фортепиано делался с расчётом на хрупкие, как хрустальный замок эмоции героев, их переломы и "мурашки по коже". Из неуверенного лейтмотива в кульминации, главная тема достигает широкого оркестрового масштаба, что позволяет, в данной точке катарсиса высвободить эмоциональный накал сцены. Но на самом деле, самая главная кульминация, как её определяю я, это: Кульминация Тишины. А громкое оркестровое золотое сечение, является лишь ширмой главного, второй или "ложной" кульминацией. Которая создаёт предыктовый эффект, за счёт чего оба раздела прекрасно коррелируют. Почему-то принято считать кульминацией всё то, что громко и мощно, но это глубокое заблуждение ограниченных, недалёких и чёрствых мыслей. А опытные музыканты знают, что конечно "громко" само по себе ничего не значит, истинное эстетство - это то, что ты в силах сказать после Грома. Иногда только на "пиано" можно заявить что-то действительно громкое и масштабное, пробирающее до "мурашек по коже". Такой принцип используется и тут.
Далее страсти истаивают, в виде нежного бальзама на пораненную кожу мы наносим два такта тремоло струнной секции, но особый изыск в том, чтобы не повторять золотой ход виолончелей использованный в первом такте, а передать на втором такте струнной тоникой эстафету для удивительной, еле слышной, деликатной, медитативной мелодии на синтезаторе. Которая рождается у нас на глазах. Так хочется чтобы эта партия поиграла ещё чуть-чуть, но хорошего понемножку и увы пора завершать действие. Связующая медитативная партия выполнила свою функцию: при помощи фигураций которой, конфликт разрешается и мы выходим нейтрально и безболезненно из тяжёлой сцены.
Главные сложности в работе над такими тонкими мирами, в том, что очень легко разрушить то хрупкое, что есть в воздухе сцены. И так сложно погрузить зрителя в глубину всех оттенков определённого эмоционального настроения, раскрыв букет палитры максимально шире, но главное деликатно и далее разрешить ансамбль, оставив главное чувство хрупкости судеб персонажей.
Для меня, пожалуй, это является главным.
