Осень в этом году наступила значительно раньше, чем предсказывали календари.
Три дня спустя я возвращаюсь на свой район. Три дня спустя я открываю тяжёлую железную дверь в родной подъезд и поднимаюсь на второй этаж. Три дня спустя я захожу в квартиру, в которой прожил последние двенадцать лет своей жизни. В квартиру, в которой было проведено больше половины этого лета. Три дня спустя. После твоего отъезда.
Замыкаю за собой дверь на два замка и три поворота, как обычно. Скидываю рюкзак с плеча в прихожей. И, не разуваясь, в кроссах, прохожу прямо в зал, прямо на белый ковёр. Который, впрочем, наверное, теперь уже никогда не будет играть какого-то особого значения. Осматриваюсь. Когда-то [ещё совсем недавно, три дня назад] здесь было тепло и уютно. Несмотря на пустые стены, несмотря на оставшийся по углам комнат хлам после переезда, на сломанную в кухне канализацию, на всего лишь один комплект посуды, на отсутствие интернета, кроватей, да и вообще любых благ цивилизации. Но теперь это место встречает меня тишиной, пустотой, темнотой и холодом. Как, вероятно, и должны встречать места, где больше никто не живёт.
Я прохожу вглубь, привычно сажусь на пол и прислоняюсь спиной к стене. Старые, потрёпанные временем занавески на балконе задёрнуты. Комнату тускло освещает лишь тёплый свет фонаря, пробивающийся сквозь щель между ними. Точно так же он светил каждую ночь, проведённую здесь. Да, обстановка царит гнетущая, но в воздухе витают отголоски светлых воспоминаний. Эта квартира многое повидала, многое знает. Быть может, даже больше, чем мы сами.
Она видела радость, видела слёзы. Видела гнев и искренний смех. Конфликты и примирения. Разговоры о разном: о серьёзном и глупом, о грустном и забавном. Незавершённый марафон по “Стальному Алхимику” под зелёный сладкий чай с лимоном и овсяным печеньем. Странные, но логичные клички, что мы придумывали друг другу. Сон в обнимку на том самом, белом ковре, под пледом, который я специально притащил из нынешнего дома. Громкую музыку в шесть часов утра, за которую соседи нас, инфа сотня, ещё долго потом крыли матом. Плейлист “Особый”, тщательно подобранный мною лично. Несколько проигрышей алкоголю со всеми известными мучительными последствиями. Отвратный химический аромат вишни и её же привкус на языке, от которого казалось, избавиться невозможно. Совместный душ. Вылазка в 4 часа утра за дошиком и заварным пюре. Периодические посиделки на балконе, где я - покурить, а ты - в тысячный раз выразить своё недовольство на этот счёт. Твои взъерошенные, но мягкие рыжие волосы. Карие глаза, насквозь пропитанные добротой. Веснушки по всему телу. Смущённая улыбка в ответ на мои комплименты и дурацкие подкаты. Объятия. Поцелуи. Болезненные укусы в шею. Сотни и тысячи “Я люблю тебя”.
Воспоминания настолько яркие, что, кажется, будто вот-вот я смогу докоснуться до них, каким-то чудом вернуться обратно. Будто снова чувствую твой запах, от которого у меня всегда срывает крышу.
Медленно и неохотно прихожу в себя.
Скоро приходит осознание: теперь воспоминания - это единственное, что у меня осталось. И от этой мысли щемит в груди, жмёт горло. Стискиваю зубы. Я не знаю, как теперь отвыкнуть от тебя до следующей встречи, что состоится, в лучшем случае, через полгода. Я не знаю, как отвыкнуть от былой возможности увидеться в абсолютно любой момент. Никогда ещё до этого отношения на расстоянии не казались мне настолько невыносимыми. Никогда ещё я не ненавидел эти блядские километры настолько сильно. Да, конечно, пройдёт время, я рано или поздно свыкнусь, и всё вернётся в привычное русло. Но прямо сейчас...
Да, осень в этом году наступила значительно раньше, чем предсказывали календари.
“...не надо им много тепла:
хотя бы рассвет, чтоб на день силы брать,
и закаты, чтобы мечтать...”
