Roles change (?)

В двадцать лет у вас лицо,

которое дала вам природа;

в тридцать лет у вас лицо,

которое вылепила вам жизнь;

а в пятьдесят у вас лицо,

НЕ СТОИТ ПУТАТЬ ЛЮБОВЬ С ЛЮБВЕОБИЛЬНОСТЬЮ.

Настоящая любовь — это то, что без остатка заполняет человека и не дает ему возможности жить так, как он жил раньше. Я не говорю о сексуальных потребностях, а имею в виду сильное чувство, которое движет человеком, определяет его жизнь.

Не понимаю тех, кто не умеет достойно расстаться, посылает вслед тому, кого любил, скверные слова…

Убеждена: не следует говорить в адрес любви, даже если она давно ушла, нехорошие слова. От этого прошлое не изменится. А твое собственное будущее может осложниться.

Если с человеком не сложилось — значит, не тот человек, не ваш.

Мне ближе мудрость Омара Хайяма: «Уж лучше будь один, чем вместе с кем попало».

Родриго влюблен в Марию.

Она влюблена в Диего.

У родины цвет корриды.

В России — поля под снегом, мальчишки съезжают с горки

и дышат горячим паром.

Испания любит Лорку,

а Лорка берет гитару.

Гитара играет танго.

Лежит виноград на блюде.

Такие чужие страны, такие родные люди.

Родриго влюблен в Марию. Мария идёт в солдаты. В Берлине кричат арийцы,

в Гранаде растут гранаты,

Севилья под знаком "Viva".

Марию зовёт Родриго. В ботинке Марии бритва,

В кострах догорают книги.

В кострах умирает память, и, мамочки, как же страшно.

Мария хватает знамя и машет им, машет, машет.

Она ж, черт возьми, испанка.

Глаза у неё — маслины. Диего не любит Франко, он любит сухие вина.

Диего берет винтовку,

Диего стреляет плохо. Марию тошнит от крови,

Мария уже оглохла,

но если её не будет, то кто поднесёт патроны? Такие святые судьи,

такие лихие донны.

Неженское это дело.

Но шанс остаётся шансом.

Родриго высокий, смелый, Родриго пора решаться

спросить прямо в лоб, и точка:

"Ты выбери — или-или".

Диего рыдает ночью.

Марию вчера убили.

Люди, которые нас по-настоящему любят,

меняют нас не через давление,

не через требования, и да

Их любовь меняет нас через принятие.

Они показывают нам две,

казалось бы несовместимые вещи.

Первая – они показывают нам боль,

которую мы доставляем себе и им

своими неразумными поступками.

А вот вторая...

Вторая – это полное принятие нас такими,

как мы есть.

Понимаете?

Мы чувствуем, что дороги им даже такими...

Даже такими неразумными.

И это мотивирует сильнее любых слов.

Это создает огромное желание преодолеть все свои слабости, привычные реакции и даже страхи эго упасть в чьих–то глазах.

Преодолеть и измениться.

Я хочу сказать спасибо всем тем, кто любил меня.

Я хочу сказать спасибо тем, кто любит меня.

Я хочу попросить прощения у тех,

кто не чувствовал мое принятие,

но слышал много слов.

Так бывает.

Это давно было. Когда только началась хорошая сытая жизнь.

Одна женщина негодовала на свою бедность.

Ну, на стесненные обстоятельства. Машина старая, квартира маленькая, зарплата тоже маленькая. Только на жизнь хватает. Невозможно на такое жалованье покупать икру, например. Или стейки из мраморной говядины, такие аппетитные. Или вот лобстеры лежат, устрицы на искристом снегу...

Невезучая она. Бедная и несчастная. А времена были жирные, хорошие, люди телегами везли продукты на кассу!

И женщина подошла к прилавку с хлебом, - там на полке лежала свежая выпечка. Такой стеллаж, а на полках - выпечка.

Женщина любила булочки с помадкой на верхней корочке, они обычно теплые были. Каждая булочка упакована в пленку аккуратно... Но булочек не было в этот раз! Круассаны, пирожки, ватрушки - их полно. А булочек нет, опять невезение! Кто-то сожрал все вкусные булочки.

И женщина увидела дряхлого старичка, морщинистого, белого от старости. У него в корзинке лежала булочка с помадкой, та самая. Больше ничего не было. Корзинка стояла на полу, а старичок дрожащими руками пересчитывал мелочь в кошелечке. Потом вздохнул и булочку положил обратно на полку. Хилой сухой ручкой положил и поймал взгляд женщины...

Посмотрел виновато и тихо сказал: "Я не затронул булочку, извините. Она в пленке. У меня просто не хватает, я просчитался немножко. Я полбулки хлеба возьму!". И покраснел. Взял хлеб и пошел, шаркая ножками, согбенный, старый-старый дедушка с красной корзинкой...

Женщина машинально взяла булочку. А потом опомнилась и стала быстро-быстро набирать в корзину ватрушки, круассаны, пирожки - целую кучу! И по пути, пока за дедушкой бежала, схватила еще колбасу, сыр, масло, - все покидала в корзинку. И на кассе увидела этого старичка, догнала его, он же медленно ходит.

Заплатила. Не так уж много! Но и это было неважно. Важно, что женщина сунула в руки старичку большой пакет, полный вкусных вещей. Старичок ничего не понимал, только твердил, что булочку он не затронул, на полку положил, извините! А потом понял. И стоял с большим пакетом в руке. И отказывался, и благодарил, и плакал...

И женщина тоже расплакалась, хотя все ведь хорошо было! А она хлюпала носом, как маленькая. И шла, махала рукой, что-то бормотала себе успокоительное...

Это была богатая женщина. Потому что тот, кто может накормить другого, тот богат. Кто может купить другому булочку, тот полон сил. Вот что поняла женщина, которая очень жалела себя.

Но она и других жалела. С того дня как-то удачно все стало складываться. И женщина стала жить очень хорошо. Правда, работы стало много, - но это не беда! Она сильная и молодая еще. Она справляется. И никогда не жалуется на судьбу, на бедность или на нехватку чего-то. Например, икры или булочек с помадкой...