киево-печерская лавра времён ярослава мудрого, одна из великих православных святынь, которые остались в киеве со времён руси после десятиной церкви.
этой новости пару дней, но несмотря на влог и мои прочие посты, которые могут показаться абстрактными я переживала эту трагедию. я очень люблю историю. мне тяжело было осознавать сколько памятников культуры исчезло из-за войны в ираке и иране. то, что я вижу сейчас это ужасающая обыденность. привычка, которую уже не замечают ведь «нечего говорить», а беспомощность злит.
с апреля-мая я несколько раз пряталась с одногруппниками в убежище или в его подобии, в университете нас просвещали о великой отечественной войне, только не сороковых годов, а двадцатых. уже как три месяца я регулярно встаю утром в ожидании сирен.
день когда был экзамен немецкого языка шумели сирены, в день экскурсии в музее я сидела в подвале, в день я получила сообщение от подруги с москвы - даша, а всё хорошо?
и кажется, что фраза всё хорошо обозначает дружелюбное как ты. но оно таковым никогда не было. всё хорошо? - а не случилось ли беды? а все ли целы, живы и здоровы?
одна из украинок медалисток по спортивной гимнастике не пожала руку россиянке. большенство россиян осудило, мол, некомпетентно. - спорт вне политики.
и спорт вне политика правда хорошо и правда необходим. необходим когда судью из сомали не дали визу в сша на фифа, когда матери футболиста вазиньо не дали ту же самую визу. потому что страны откуда родом эти люди «плохие, бедные».
а то, что было с несчастной девочкой это не касается спорта, а ритма жизни. жизни, когда ты с двадцать второго года под обстрелами, у тебя нет интернета, у тебя нет воды и ты тренируешься, чтобы достойно получить серебро.
а россиянка скорее всего из всех неудобств встретилась лишь с замедленным интернетом и необходимостью включать впн.
я одновременно и счастлива, и мне стыдно, за то, что пару лет с войны я жила как ни в чём не бывало. не в плане текстов, мыслей, а в плане не было ощущение, что идёт война. брали контрактников – от нищеты люди пали, и я не про нравственность, а про свинцовые гробы с кучкой окровавленной земли. а дальше то, рассказы дяди, что мы всё вернём со времён царя.
а потом рассказы, что минобороны их дерут, что зарплата на собственное вооружение, что призыв скоро.
сентябрь, когда многие знакомые переживали, я особо не волновалась. у меня все ушли, а отца словно и не жалко. слишком плохие отношения, слишком много зла. тогда думаешь, что война это выгода, это возмездие. мамина подруга с работы купила вторую квартиру за ранение мужа и хвасталась покупкой третьей, как понимаете её мужа ранили ещё раз, тогда было начало войны и деньги раздавали куда угодно. была зависть. почему они зажили, а мы нет. мать тогда винила отца за инвалидность, со словами даже мёртвым было больше проку - тогда раздавали четыре миллиона.
я всегда ужасалась сему. люди продавали друг друга. из-за несчастливой жизни писали доносы и жаждали вознаграждение.
когда погиб сын соседки, мама сказала грустно, зато они купили квартиру и отдали машину на ремонт.
и чувство это отвращения, когда понимаешь, кто твои кровные люди и как им не жалко и даже банально не печально от смерти знакомых.
в школе мы волонтерили. была акция напиши письмо бойцу. одна девочка написала «пусть папа вернется домой», мальчик написал «пусть будет победа и папа дома». едкое чувство тошноты обвивает пишевод и хочется лишь плакать.
поколение безотцов не только связано с социальными кризисами бедноты и желаний мужчины оставаться без хребта. поколение безотцов это также поколение чеченских войн. и тогда понимаешь. как всё ужасно повторяется и как ты ненавидишь историю.
потому что больно от всего. от чужого горя и от собственного. война близко и она под ухом. она не темнится, не теснится и не прячется, она приходит к нам и она живёт с нами.
