Excuse me, you're sitting on my grave...

Вдруг послышался стук и тихий шорох шагов. Из домика вышла девушка в длинном светлом платье, а на ногах у неё были лапти. Это показалось довольно странным, потому что всё же легче отыскать нормальную обувь, нежели мучиться с плетением лаптей. Да я и не уверен в их практичности. Постепенно, начали появляться люди в таком же одеянии. Мужчины в рубахах и широких штанах. Девушки в платьях и заплетёнными волосами в косы. Все они сошлись в центре деревушки у кострища. И затем, один из них, высокий со светлыми волосами до плеч, коренастый, вышел на сооруженную из ящиков сцену и начал вещать.

- Братья мои и сестры мои, Всевышний дал нам возможность прожить этот день и мы должны быть благодарны ему. Скоро наши мужи отправятся за новым подношением для Всевышнего. Так помолимся за них и за их удачную охоту.

И тут до меня дошло, что лучше валить отсюда и не оглядываться. Фанатики. Я попятился из кустов и уже просчитывал в голове, какой круг мне нужно сделать через лес, чтобы не нарваться на них. Как я спиной впечатался во что-то или в кого-то. Пёс зарычал, а я поднял голову. Один из этих. Мне конец. Это был высоченный мужик с черной бородой и темными яростными глазами. Он подхватил меня за руку. Рекс присел, зарычал и попытался накинуться.

- Стой, Рекс, не лезь. - Я, конечно, понимал, что этот громила мог в два счёта, переломить псу шею. И было бы максимально бесполезно отбиваться от него, так как нас бы услышали люди у кострища. Мужчина поднял меня и, толкая в плечо, повел в сторону толпы. Люди пялились на меня, как на прокаженного, когда меня протащили до середины и кинули на колени перед сценой.

- Святослав, этот еретик скрывался здесь. Он что-то замышлял!

Я молчал, а что мне было ответить.

- Брат мой, успокойся. Дадим ему шанс высказаться. - Он обратился ко мне. - Ты веришь во Всевышнего?

Я, смиренно опустив голову, решил врать до конца.

- Да. - Голова опущена, взгляд уперся в колени.

- Докажи, брат мой.

Я встал, достал нож и приставил к своему горлу, а про себя думал, насколько быстрым я могу быть, убегая от разъяренных фанатиков, если мой план не сработает.

- Я готов пожертвовать собой в знак благодарности за своё спасение Всевышнему, за тот хлеб, что он мне давал, чтобы выжить пока я искал вас, братья и сестры мои. - Я сжал рукоятку ножа до побеления костяшек на руках, которые так и пытались задрожать, выдав меня с потрохами.

- Я верю тебе, брат мой. Опусти своё оружие. Нам нужны молодые и сильные как ты. Ермолай, отведи его в столовую и накорми.

Я прожил в этом аду неделю, ровно до того момента, как они вышли на охоту. За эту неделю на моих глазах было убито пять человек. Двое мужчин-пленников, один младенец, который родился слепым, его мать, которую обвинили в неверности Всевышнему, за что она была наказана, и девушку-ведьму, обвиненную в неверности проводнику Святославу. Её сожгли на костре. Все были под крылом у этого Святослава. И все ему слепо верили.

Женщины боролись за право быть с ним. Мужчины признали его своим вожаком. Вся самая лучшая еда доставалась ему. Всё доставалось ему в первую очередь. Этот человек создал вокруг себя культ. И люди поклонялись не Всевышнему, а ему. И соответственно работали на него. Он мог указать на любого пальцем, сказав, что так решил Всевышний, и человека уже нет.

Я, конечно, до этого жил в страхе за свою жизнь, но я боролся с силами природу, а бороться с культом полоумных фанатиков одному было бы безумием.

А кто такой Всевышний я узнал только позже. Шёл восьмой день моего заключения. День молитвы. Небо светлело ранним утром. Воздух постепенно становился теплее. Каждый раз, вставая с жесткой постели, я воспоминал летние каникулы у бабушки в деревни. Затем приятна дремота спадала с меня, открывая печальную реальность. Залезая в белую холщовую рубашку, я проклинал это утро, затягивая лапти, я проклинал этот мир, выходя на улицу, я проклинал этих людей. Вскоре я начал понимать, почему так случилось. Я имею ввиду почему они стали все такими помешанными.  Молитва перед охотой проходила вечером в месте, называемом Святилище. Я не знал, где это находилось, и что это вообще такое. Фанатики не говорили о нём. Это было табу. Получив свой завтрак, меня отправили на работу. Нужно было много дерева для костра. Я так полагаю, мы будем там всю ночь, поэтому, это для того чтобы не замёрзнуть. Орудовать топором я так и не научился,  и было решено отправить меня собирать хворост на розжиг вместе с Катериной. Катерина была младше меня на четыре года, соответсвенно она совсем не помнила прежний мир. Мы вышли в лес. Она молчала. По моей спине пробежался неприятный холодок, весенний ветер не был теплым, но я надеялся, что к обеду разогреет. Мы принялись собирать хворост. Через минут десять работы мне стало неимоверно скучно.

- Катя, скажи, а как ты сюда попала? – Решил я, наконец, начать разговор.

- Что ты имеешь ввиду? – Отозвалась девушка.

- Ну, - я немного замялся, пытаясь сформулировать мысль. – я имею ввиду то, как ты здесь оказалась в этой деревне.

- Я всю жизнь здесь жила.

И тут до меня дошло. Всю жизнь. Катерина просто не видела другого. Она не знала, как был раньше устроен мир. Она не знала, что за пределами деревни существует другая жизнь. Для нее это и есть жизнь. Вдруг я осознал, что в мою голову начала проникать мысль, словно червяк проедающий яблоко, мысль о том, что Святослав жалкий манипулятор. Он буквально уничтожал людей старого поколения. Поселение состояло больше половины из молодых и неокрепших, тех кто не знает, что бывает по-другому. Я обомлел. Всё оказалось слишком просто. Но во что же они верят?

- Катя, а кто такой Всевышний?

Девушка оторопела и уставилась на меня, как на прокажённого.

- Это тот, кто нас защищает.

- От чего?

- От небесной кары.

Я не ослышался, от небесной кары? Что? Я действительно не понимал, о чём она говорила. Катерина посмотрела на меня и вздохнула.

- Святилище – это место, где Святослав впервые встретил Всевышнего. Он защитил его от небесной напасти. Тогда и Святослав услышал, что мы должны отринуть блага цивилизации, потому что цивилизация губит нас… - Катерина продолжила говорить. Она говорила, словно заученны строки детской библии.

Я не стал больше ничего спрашивать. Святослав просто промыл им мозги, чтобы они не смели думать иначе.

Опустился вечер. Неся охапку хвороста в руках, я шёл в толпе к Святилищу. Путь освещали мужы с факелами в руках. Мы шли по тропинке. Она вела вглубь леса. Вскоре деревья расступились и мы вышли на полянку. Я скинул хворост на землю, другие быстро сложили дрова в кучу. Я поднял глаза и в буквальном смысле оторопел. Что это такое?

- Это кара небесная, от которой уберег Всевышний Святослава.  – Отозвалась Катерина, явно заметившая моё удивление. Я не мог пошевелиться. Это был… Это было существо похожее на человека. Скорее всего, оно упало сверху и проткнуло себе грудь молодым отростком сосны. Но я всё ещё не мог понять, что это такое. Это определенно был человек, но его кожа, его кожа была темной, не такой как у негроидной расы людей, а будто высветленной бордовой с коричневато-серым отливом. У существа были тёмные волосы, нечто похожее на одежду, глаза, рот, нос, но самое главное, что сбило меня с толку - это крылья. Да, у него были крылья. Обтянутые кожей того же оттенка, крылья висели со спины существа почти доставая землю. Кажется, я стал сомневаться в устройстве этого мира.

Костёр заполыхал. Я услышал голос Святослава.

- Братья мои и сестры, десять лет назад я был совершенно другим человеком. Я был болен заразой прежнего мира и единственной, что было для меня важно – это деньги. Но мир рухнул, как и былые ценности. И я бежал. Бежал от катастрофы и молил о спасении. Но оказавшись в лесу я столкнулся с этим существом. Это ангел Смерти, братья мои и сестры! – Святослав указал на существо с распоротой грудью. – Это существо спустилось на землю, благодаря технике. Той технике, которая уничтожила мир! Я был уже готов умереть, но Всевышний уберёг меня. Он спас меня и направил на путь истинный! А я направляю вас… - Святослав продолжил говорить. Все слушали его, замерев и буквально не дыша. А я стоял и думал о том, что мир рухнул вместе с моими знаниями биологии.

***

В тот день ещё остававшиеся живыми растения начали цвести. Был конец апреля, скорее всего. Было утро. Охота начиналась. С десяток самых крепких мужей вышли на площадь, встав перед сценой. Святослав толкнул речь, заливая об их благом деянии. Он прошелся по очередности по всем.

- Да хранит тебя Всевышний. - Послышалось над моей головой.

Мы вышли в поле. Желтое пятно на небе, именуемое солнцем, стояло высоко. Небо серело, как и в обычные дни. Я мог только предположить, куда мы идем.  Все это время Рекс крутился у моих ног. Его что-то беспокоило.

Я осмотрелся. Бежать сейчас было бы очень глупо. Поле-поле и ещё раз поле. Прошло примерно часов семь, когда вдалеке показался отрывок города. Затем ещё два часа, когда мы приблизились к нему на достаточно близкое расстояние.

Рекс уже изнывал поскуливая. Мне рявкнули заткнуть свою псину или она пойдет на корм. Не самая приятная учесть. Я присел и почесал пса за ухом, что бы успокоить. Рекс вжался мне в плечо.

Никто не стал меня ждать соответственно, поэтому я немного отстал. Может быть, это и была та единственная возможность сбежать от этих ненормальных. Но вдруг один из них замертво свалился на землю. Точный снайперский выстрел. В ту же секунду из всех щелей повылазили люди с винтовками. Это были те самые мародеры. И откуда они только берут оружие? Раздались выстрелы быстрыми очередями. Я бы точно не успел убежать, не словив пулю в затылок.

- Рекс, уходи. - Пёс скулил. - Уходи немедленно!

Я упал на землю ничком, а пёс стремглав скрылся за одной из разрушенных стен многоэтажки. Я лежал без движения, не смея вздохнуть. Стрельба прекратилась. Послышались голоса. Это был противный говор этих разбойников.

- Вот чёрт, - он пнул ногой мертвого фанатика. - Это те святоши. С них ничего не возьмёшь! - Он чертыхнулся и плюнул разочарованно.

- Да уж, ну хотя бы они не помешают нам. Прошлый раз эти Шурика утащили в свой культ. Сожрали видать и косточек не оставили. - Этот прошёл, прям рядом со мной. Его нога опустилась в нескольких сантиметрах от моего лица. Я замер.

Шаги удалялись. Разговор становился всё тише и тише. Пролежав ещё минут пять, а может и десять, я осторожно поднялся, озираясь по сторонам. Жалкие лица фанатиков исказились в предсмертном ужасе. Их отстреляли как скот. Глаз за глаз, как говориться.