Tulpae Killer

Под стать её образу перестроилась и “белая комната”, как я окрестил свой компактный аналог вондера.

Достаточно крупная по площади комната, красивая, но практически пустая. Обои на стенах, плитка на потолке, ламинат на полу. Несколько сдвижных дверей скрывают за собой шкафчики и другие комнаты.

Напротив входа — окно во всю стену. За окном — абстрактная размытая пустота, из которой понятно только время суток. Вообще, там должен был быть пейзаж, открывающийся с седьмого этажа жилого комплекса, но у меня уже давно наблюдаются проблемы с высотой, и окно до самого пола не способствует их разрешению.

В центре комнаты стол. Квадратный, невысокий, хорошо знакомый всем любителям аниме и в целом японской культуры. Убранство стола меняется по необходимости, но чаще всего на нём стоит чайник и две чашки. Чего у нас не отнять, так это любви к хорошему чаю.

Она сидит напротив меня. Свет, струящийся в комнату через окно, падает на неё справа, а на меня — слева. Если немного поиграться с освещением, получится очень интересный эффект, но сейчас это почти ни на что не влияет.

Пока говорить нет нужды, я могу рассмотреть её получше. Возможно, не самая впечатляющая, но красивая и гармоничная фигура. Аккуратные, мягкие и правильные черты лица. Неизменная тёплая улыбка, с которой она встречает любые неурядицы. Заботливый взгляд синих глаз под нехарактерно густыми и широкими для девушки бровями. “Надломленная” чёлка такого же синего цвета. Сзади две боковые пряди её волос стянуты на затылке и скреплены заколкой, создавая несложную, но интересную причёску. Я отсюда не вижу, но знаю. Мне прекрасно знакомо всё то, что я вижу.

Её старая школьная форма — костюм “по умолчанию”. Не то чтобы у неё не было другой одежды... В каноне было время, что действительно не было, конечно, но то время давно позади. У неё хватает других костюмов, и она их охотно надевает по случаю. Впрочем, старые привычки умирают тяжело, да и смотрится на ней эта форма вполне себе неплохо. И отрисовать её проще всего. Так почему нет? Всё равно она из неё не вырастет, сколько бы лет ни прошло.

“На рисунке нет никаких ножей, так почему он значится в тегах?” — “У этой всегда при себе нож, и лучше тебе не знать, где она его прячет”. Диалог из комментариев к рисунку, намертво въевшийся в память. И, на самом деле, даже сейчас у неё всегда при себе тот самый нож. Чаще всего она носит его на поясе за спиной, и её длинные волосы надёжно скрывают его от любопытных глаз. Она им не пользуется, разумеется: нет необходимости — но я всё ещё вижу в её взгляде знакомую решимость. Если придётся, она пустит его в ход.

Собственно, не так давно она угрожала им мне. Требовала, чтобы я больше никогда так плохо о себе не отзывался или типа того. Сработало, кстати — на тот момент. Посмотрим, как дальше пойдёт.

[Если не поможет, я найду другой способ.]

Очень в её стиле. Решимости и упорства у неё явно больше, чем у меня. Что ж, на то и расчёт.

На самом деле, никаких масштабных действий она не предпринимает, если ситуация не становится критической. Чаще всего это мелкие, каждодневные попытки подтолкнуть меня к немного другому решению, реплике, поступку... Оно и правильно: большие изменения всегда состоят из маленьких, а со временем их эффект только накапливается. Не всегда получается, конечно, но всегда можно попытаться ещё раз на следующий день. У нас есть время. Даже спустя десять лет, у нас с ней полно времени.

Удивительным образом в ней переплетаются черты всех других. Она умеет быть доброй и заботливой, как Лилли (и тоже неплохо готовит, кстати — и я вполне могу себе представить её в роли учительницы), умеет быть строгой и требовательной, как Шизуне (и так же полна соревновательного духа, который, однако, успешно контролирует),, умеет быть хладнокровной и практически безэмоциональной, как Мария, умеет беззаботно наслаждаться каждым прожитым моментом, как... Подходящих образов было заметно больше одного... Умеет быть отвязной и распущенной, хотя я и не поощряю такое поведение (но иногда ведь хочется). Я уже не пытаюсь составить детальный анализ её личности. Она такая, какая она есть, и большего ни мне, ни ей не нужно.

Одна из наших вечных проблем как раз в том, что из нас двоих она более дружелюбна и миролюбива, чем я. Но, поскольку у неё нет контроля над телом, на мне лежит обязанность взаимодействовать с миром так, чтобы это устроило нас обоих, и, скажем так, получается не очень. Нередко бывает, что постфактум она мне объясняет, что следовало бы ответить мягче, поступить добрее, объясняет те мелочи, которые я не заметил тогда... Я не спорю. Она права. И под влиянием таких разговоров мои поступки рано или поздно изменятся к лучшему. А спешка никогда не входила в число моих добродетелей.

Назвал бы я её своей девушкой? Думаю, скорее нет, чем да. Я не питаю к ней романтических чувств, и как девушка она меня не то чтобы сильно привлекает. С другой стороны, наши с ней отношения построены на более важных и ценных вещах, чем влюблённость, и те удовольствия, которые мы с ней разделяем, пусть не так притягательны и желанны для некоторых, но гораздо более ценны и наполнены смыслом именно для нас. Вообще, находить крупицы счастья в повседневных мелочах — один из самых ценных её талантов, которого мне так недостаёт. Я бы не назвал её своей девушкой, поскольку мы давно прошли этот этап. Я назвал бы её своей женой, если бы не очевидные проблемы логистического свойства.

Но именно так я к ней отношусь. Благо имею полное право называть её своей второй половинкой не в переносном смысле, а в самом что ни на есть буквальном.

Как же всё-таки приятно возвращаться...

Путь практически любого тульповода начинается... Естественно, он начинается с желания и намерения. Но, помимо них, нужны ещё знания и методы: в конце концов, мало знать, что ты хочешь получить, нужно ещё и понимать, как. Можно выяснить самостоятельно, конечно, и у первопроходцев тульповодства иных вариантов и не было, но зачем тыкаться вслепую, если можно использовать дистиллированный опыт предыдущих поколений?

Чтение многочисленных текстов, написанных ими, и попытки применить на практике описанные там идеи, техники и упражнения, становятся основным занятием новичка. Накапливая знания и опыт, он постепенно начинает понимать, что работает и что не работает именно в его случае, адаптирует известные техники под себя, пытается разрабатывать новые — в общем, от попыток пройти чужими тропами он переходит к проторению своей собственной. Это, однако, не означает мгновенный и полный отказ от чтения чужих текстов: несомненно, в них всё ещё можно почерпнуть очень много полезного — но теперь они все воспринимаются с поправкой на собственный опыт и собственные потребности. На смену бездумному повторению приходит осознанное. В идеале, по крайней мере.

Впрочем, не все тексты одинаково полезны.

В тульповодство, как ни крути, очень редко подаются те, у кого всё и так хорошо. Вообще, сдаётся мне, не существует людей, у которых всё всегда хорошо: кого ни возьми, у любого найдутся свои слабости и недостатки, свои неудовлетворённые потребности и мрачные уголки разума, в которые не хочется лишний раз спускаться. И возможна ситуация, что очередной открытый пост, методичка, руководство или что-то ещё очень точно попадает в это слабое место читателя.

Особенно этим грешит писанина на тему запретов и ограничений: всевозможные “противопоказания к тульповодству” и “своды моральных правил” как яркий пример — но не ими одними. Возможно, они пишутся с благими намерениями, и, возможно, кого-то они реально мотивируют работать над собой и помогают прогрессу. А если нет? Если от очередной заметки любимого автора в тебе появляется лишь чувство стыда за свою нехорошесть, и от этого страдает прогресс?

Тут есть только одно средство. И оно вынесено в заголовок.

Неважно, насколько хорошо пишет автор; неважно, каков его стаж и каков его опыт; неважно, насколько он авторитетен в сообществе — неважно, что ты его просто обожаешь (ну а вдруг). Важно лишь то, помогает ли тебе чтение его текстов. В конце концов, ты лучше него знаешь, что тебе подойдёт, будь он хоть трижды гуру. И если от очередного текста ты испытываешь стыд или разочарование, если хочешь не продолжать ещё с большим усердием, а бросить любые попытки, лучшим вариантом будет забить на его писанину и продолжить делать то, что считаешь правильным.

От частоты повторений истинность не стирается: исправление своих недостатков не может начаться без принятия своих недостатков. И ничто не мешает ему так, как чувство стыда.

Бывают случаи, когда человек занимается откровенным саморазрушением, и ему нужно по возможности жёстко на это указать — но, опять же, от попыток пристыдить с максимальной вероятностью будет только хуже. Может быть, что через несколько лет ты, прочитав тот же текст, осознаешь правоту его автора и начнёшь работать над собой с новой силой. Из любого правила есть исключения, и я наверняка где-то ошибаюсь. Главное — помнить, что чувство стыда — чувство, что с тобой как с человеком что-то ненормально, потому что ты не соответствуешь неким критериям (или соответствуешь, если эти критерии имеют явно негативную окраску) — ещё никому не принесло ни пользы, ни счастья. И если кто бы то ни было пытается манипулировать тобой через стыд, его нужно посылать куда подальше — быстро, решительно. Особенно если это какой-то персонаж из интернетов. Даже если он уверяет, что так будет лучше. Даже если он — это я.

Ты ищешь число “двадцать три” — и находишь его.

Предвзятость подтверждения — страшная штука. Человеку в принципе свойственно замечать в окружающем мире только то, что соответствует его внутренним установкам, а всё прочее — либо игнорировать, либо нивелировать логикой и “рациональными” аргументами. Да-да, логика чаще всего служит не поиску истины, а подкреплению того, что человек уже считает за истину. Понимание этого очень сильно упрощает жизнь. Ну да ладно.

Так вот, человека, изначально настроенного на неудачу, эти истории успеха никак не убедят в обратном. Он будет извиваться, как уж на мысленной сковороде, и выполнять безумные гимнастически-логические трюки, доказывая самому себе, что эти истории успеха никак не относятся к нему и никак не показывают ошибочность его убеждения. “Они были в других условиях” и “у них не было таких уж проблем” — самые простые из этих трюков. Причём эти люди зачастую сами не замечают всего этого. Я точно не замечал, по крайней мере.

Кроме того, цитата в начале поста не просто так приведена. Постоянное чтение об одних только успехах меняет отношение к неудачам. Правда в том, что неудачи — нормальная и даже необходимая часть любого процесса, и тульповодства в том числе. От частоты повторений истинность не стирается: на ошибках люди учатся. И ошибаются все, даже самые лучшие. Но оглянись вокруг, о читатель, и взгляни на тульповодческие блоги. Сколько в них постов о настоящих, серьёзных неудачах? Слишком мало, по моим ощущениям. И это понятно: делиться успехом приятно, а неудачу хочется скрыть. Но от подобного скрытия создаётся — и любой, кто много сидел в соцсетях, это подтвердит — ощущение ненормальности неудач. Ощущение, что любая ошибка, любая заминка — доказательство лично твоей неспособности добиться успеха. Опять же, это ощущение не осознаётся человеком. Но показывает себя во всей красе после первой же серьёзной неудачи, убивая приличную часть мотивации форсить дальше. А ведь одной неудачей дело не ограничивается...

Итог печален.

Поэтому так важно писать не только об успехах, но и о неудачах. Чтобы показать, что неудача — это нормально. Чтобы не убивать чужую мотивацию своими сияющими глянцем историями.

А выбор подходящего чтива, как обычно, остаётся на совести самого читателя. Ему лучше знать, что ему подходит. Главное — не забывать: то, чего тебе хочется, и то, что тебе нужно — зачастую очень разные вещи. Даже не рядом.

Если бы только был такой блог, автор которого после сотен и тысяч масштабных неудач таки пришёл к успеху и готов был честно об этом рассказать... Он бы, как книга “Прекрасные мелочи”, стал бесценным источником надежды для других, кто готов уже сдаться и рухнуть под грузом неудач и сожалений. Возможно, после стольких лет и стольких неудач на эту роль подошёл бы мой блог.

Возможно.

Наверняка не я один испытывал то щемящее чувство, что приходит при чтении старых, ныне уже заброшенных блогов. То было действительно золотое время российского тульповодства. Тогда я мог быть к нему причастным, но не хотел. А сейчас уже слишком поздно.

Я видел расцвет тульповодства. И теперь вижу его закат.

*кхм*

Так, что-то я расклеился. Но если серьёзно, такой ностальгический пост у меня давно чесались руки написать. Ещё до удаления старого блога у меня были наброски. Вообще, тогда набросков было много: были философские идеи о взаимоотношении “оптимистов” и “скептиков” и объяснения того, почему для развития сообщества нужны и те, и другие, и их постоянная борьба. Был в планах цикл заметок под тегом #а_как_не_надо с разбором моих собственных ошибок и граблей, на которые я наступил во время форса. Были многострадальные “Пять языков тульповодства”, но это уже потом. Были... Да много чего было. Ничто из этого в реальность так и не воплотилось.

Причина? Она очень проста. Выражается всего одним вопросом.

“Да кому это нужно?”

В какой-то момент это перестало быть нужным даже мне. Наверно, в тот самый, когда я выпал из тульповодческого “мейнстрима”. Царившие тогда в сообществе тенденции я ненавидел. Они отвечали мне взаимностью. Тому сообществу мне  не хотелось давать ни капли из того, что я узнал и что понял за эти семь лет. А оно, как я уже говорил, ничего мне дать уже не в состоянии. Я знаю всё, что мне нужно. Осталось лишь использовать это на практике.